— Жженый сахар. Шакалы не выносят этого запаха.

— Как вы нас нашли? — спросила Тайши.

— Без особого труда, — ответил Пахм. — Мы услышали крики.

— Мы наблюдали за вами с тех пор, как вы разбили лагерь, — подхватил Люмань. — Наше дело — охранять паломников. Мы с вечера следовали за вами по свету факелов и пришли на помощь, когда услышали вой шакалов.

— Вы из храма Тяньди? — спросила Тайши.

— А кто еще тут может быть? — со смехом спросил Люмань, и тугие мускулы у него на плечах, похожие на шары, затряслись. Многочисленные железные кольца на запястьях мелодично забренчали. Выглядело это пугающе. У Люманя мышцы были даже в тех местах, где у обычных людей их нет.

— Из изначального храма Тяньди, — поправил Пахм с ноткой гордости.

Оба Ханьсу сложили руки и поклонились.

— Добро пожаловать, паломники.

— Это тот самый храм, где возникло нарушенное пророчество Тяньди? — уточнила Цофи.

На лице молодого монаха мелькнуло раздражение. Тайши ткнула девушку локтем и быстро сменила тему.

— Еще далеко?

Как только опасность миновала и возбуждение схлынуло, она снова ощутила мучительный голод, жажду и жару.

Старший монах указал на каменный карниз у них за спиной.

— Вы стоите в тени Обезьяньей Лапы, друзья. Это значит, что храм Тяньди близко. Следуйте за нами, мы вас проводим.

— Это честь для нас, — ответила Тайши с искренним облегчением и, полная глубокой признательности, зашагала вслед за монахами.

Ей очень хотелось наконец поспать в настоящей постели.

К сожалению, Тайши быстро убедилась, что братья Ханьсу ее обманули. Последний отрезок пути до храма Тяньди занял остаток ночи и почти все утро. К счастью, он прошел спокойно. Горные шакалы к ним не приставали, хотя и держались поблизости. Они, видимо, и впрямь ненавидели запах жженого сахара. Маленькая компания достигла населенных мест, когда Король стоял высоко в небе.

Тайши увидела верхушки двух башен на склоне холма. Вокруг уступами тянулись террасы.