Саша села в постели, откинула одеяло.

— Андрей, ты нездоров? Уж не испанка ли? — она дотронулась до его лба. — Жара нет. Кашель не мучил?

— Я не болен, — ответил он хрипло.

— Тогда в чем дело? С тобой что-то не так, я же чувствую.

Она склонилась над ним, опершись на локоть. Растрепанные волосы коснулись его лица. Ее дыхание словно осталось последним источником тепла во вселенной.

— Не так, — согласился он. — Что-то не так, Саша. Со всем, что происходит… с тем, чем становится Новый порядок… и да, со мной что-то тоже… не так.

Она молча провела изувеченной ладонью по его лицу.

— Многое давно и всерьез не так, Саша… И знаешь, я не могу больше. Я должен быть сверхчеловеком, но я не могу. Нельзя продолжать то, что я делаю. И как у нас с тобой, так тоже нельзя. Саша, давай уедем! Уедем прочь отсюда. Мы ведь никого и ничего не спасем. Мы — порождения и орудия войны… Мы не способны закончить ее, мы только бесконечно ее воспроизводим. После всего, что мы наделали… мы ведь не люди уже, Саша. Но мы еще можем увидеть и спасти человеческое хотя бы друг в друге. Быть может, это наша единственная надежда теперь.

Саша молчала, глядя ему в глаза. Ее губы дрожали. Слеза медленно сползла по щеке, упала на его лицо, скатилась к губам и исчезла, оставив по себе привкус моря.

— Никогда, — Саша всхлипнула, — никогда больше не говори так.

Глава 36

Глава 36

Комиссар Объединенной народной армии Александра Гинзбург

Май 1920 года.

— Расскажи еще об отце, — попросил Федя. — За что он воевал?

Они сидели вчетвером на мягком ковре на полу детской. Саша пришла сюда отдохнуть. Неделя выдалась паршивая. Хлысты нашли пятерых из списка строителей храма. Похитить человека и доставить в подвал — вопрос техники. Красный протокол — тоже вопрос техники. Она помнила, как это делается. И хотела бы забыть, но все помнила.

Имело значение то, что после четвертого допрошенного бледный как воск Аким сказал, что у него теперь достаточно информации об особенностях конструкции, чтоб провести расчеты.

Саша не знала, окажутся ли вычисления Акима верными, вовремя ли доставят взрывчатку, удастся ли ее незаметно разместить, не испугаются ли исполнители, не проявит ли ОГП больше бдительности, чем они рассчитывают. Знала одно: все, что от нее зависело, она сделала.