– Понимаю. Твоя личная гештальт-терапия.

– Именно! Наконец-то у сапожника будут собственные сапоги! – сказал очень довольный шуткой Кузнецов.

На следующий день Аркадий отменил всех пациентов и вновь поехал в монастырь, чтобы быть на отпевании. Так бы он, может быть, и не решился, памятую о том, сколько было народу в первый день, когда тело привезли в обитель, но чудом все успевающий келейник отца Серафима прислал психологу приглашение, хотя никто его ни о чем не просил. Получив билет, Кузнецов не стал раздумывать и сорвался проводить друга в последний путь.

В монастыре снова было битком, хотя и несколько вольготнее, чем в предыдущие дни. Хотя траурная церемония и совпала с богородичным праздником. Аркадию, приехавшему несколько раньше, чем требовалось, даже удалось пробраться внутрь храма, хотя он и не сильно рассчитывал на такую удачу. Широкие носилки (что-то вроде паланкина, только без кабинки), на которых стоял гроб с телом отца Серафима, были на прежнем месте перед алтарем. Там, где обычно стоит праздничная икона. Только пола под ними не было видно – все пространство снизу и где-то на метр по периметру погребального ложа было завалено лепестками цветов. Рядом стояли двое послушников, безжалостно дербанящих приносимые букеты на лепестки. Однако, если бы они этого не делали, в церковь невозможно было бы войти. Кузнецов занял удобную нишу у крестообразной колонны и стал ждать.

Отпевание было назначено на полдень. К этому времени почти все бабульки, традиционно составляющие костяк паствы Русской церкви, кроме, конечно, хорошо знавших батюшку и, соответственно, имеющих приглашения, разошлись. Аркадий еще видел хвост очереди в разноцветных платках, плывущей к кресту, а потом на выход, когда ее место начала занимать несколько иная публика. С интересом разглядывая будущих сомолитвенников за душу новопреставленного архимандрита Серафима, Кузнецов узнавал известных актеров, художников, бизнесменов и политиков. Была даже, неожиданно, пара инфлюэнсеров из Youtube, очищенных от производственного «блеска» и, вероятно, по этой причине производящих впечатление приличных людей. И очень-очень много представителей высшего сегмента среднего класса и творческой интеллигенции. По тому, как вся эта публика держалась, было понятно, что они пришли сюда не для галочки, не для того, чтобы потрясти окружающих сшитыми на заказ костюмами, платьями от модных парижских домов, амстердамскими бриллиантами и швейцарскими часами стоимостью как хороший автомобиль, а чтобы отдать последний долг человеку, которого, по всей видимости, хорошо знали. Более того, по некоторым признакам психологу стало понятно, что пребывание в церкви для многих их них – вполне будничный опыт. Хотя представить себе некоторых из них подходящими к Причастию Аркадий бы не смог. Тем не менее, когда на расчищенное перед гробом пространство вышел митрополит в окружении братии монастыря и приехавших на отпевание священников – друзей батюшки и хор дружно начал «Царю Небесный», молитву подхватил весь храм, включая инфлюэнсеров. Из чего Кузнецов сделал окончательный вывод, что люди собрались не случайные и он находится внутри еще незнакомой ему семьи, связанной одним общим духовным отцом.