Неизвестно куда указывал голос, но там действительно была дверь. Ферот почти удивился тому, что до сих пор не замечал ее. Впрочем, все вокруг — лишь плод его воображения. Поэтому, пожав несуществующими плечами, епископ пододвинул себя к выходу.
Неизвестно куда указывал голос, но там действительно была дверь. Ферот почти удивился тому, что до сих пор не замечал ее. Впрочем, все вокруг — лишь плод его воображения. Поэтому, пожав несуществующими плечами, епископ пододвинул себя к выходу.
Атлан прекрасно понимал, что происходящее с ним сложно назвать нормальным. Скорее всего, это именно то, чем оно казалось на первый взгляд — сумасшествие. Однако какого-либо беспокойства по этому поводу он не испытывал. Должен был, но не испытывал.
Атлан прекрасно понимал, что происходящее с ним сложно назвать нормальным. Скорее всего, это именно то, чем оно казалось на первый взгляд — сумасшествие. Однако какого-либо беспокойства по этому поводу он не испытывал. Должен был, но не испытывал.
Ферот приоткрыл дверь. Оттуда вырвался яркий свет, но даже он не смог развеять абсолютный мрак.
Ферот приоткрыл дверь. Оттуда вырвался яркий свет, но даже он не смог развеять абсолютный мрак.
— Эй, голос! Ты идешь?
— Эй, голос! Ты идешь?
— Нет. Если пойду с тобой, то обратно уже не вернусь.
— Нет. Если пойду с тобой, то обратно уже не вернусь.
— Как хочешь, — Ферот махнул ему на прощанье пустотой, обретающей очертания руки. — Понадобятся новые сомнения — обращайся.
— Как хочешь, — Ферот махнул ему на прощанье пустотой, обретающей очертания руки. — Понадобятся новые сомнения — обращайся.
— Обязательно.
— Обязательно.
— Ха… — угрюмо усмехнулся епископ, перешагнув порог. — Причудится же такое…
— Ха… — угрюмо усмехнулся епископ, перешагнув порог. — Причудится же такое…
* * *
Ферот открыл глаза и увидел пышные седые усы, к которым прилипло обеспокоенное лицо бригадира.
— Вы в порядке?
— Да… — неуверенно ответил епископ. — Да, все хорошо.