— Очень. Восхитительный аромат этого изысканного деликатеса преследует меня даже после смерти.

«А вот и тот самый единственный в мире человек, которому нравятся вареные улитки. Точнее, труп того человека…»

— Я так и думал. Обязательно попробую.

Мертвец едва заметно кивнул, глядя на поселение. Ахин еще некоторое время молча постоял рядом с ним, а затем повернулся и быстрым шагом направился к Трехрукому и Диолаю, ждущим у границы леса.

«Кто-то находит утерянное, кто-то обретает новое… Как бы то ни было, уже не все напрасно. До скорой встречи, Аели».

Глава 14 Все из ничего

Глава 14

Все из ничего

Опавшие ветви громко трещали под ногами, норовя расцарапать кожу сухими сучьями. Останки деревьев торчали из земли бледно желтыми скелетами, сгорбившимися под беспощадным солнцем и иссушающими ветрами, дующими с бескрайних Пустошей. Исполосованная кривыми тощими тенями земля хрипела от жажды, выплевывая в горячий воздух пыль и прах листьев при каждом шаге порождений Тьмы.

— Где-то тут мы впервые встретились, — заметил Диолай.

Сонзера сделал небольшой глоток из меха с водой и поморщился. Теплая жидкость скользнула в желудок, оставив после себя неприятный привкус затхлости. Пить захотелось еще больше, но он заткнул пробку и отдал мех Трехрукому. Запасы воды неумолимо подходили к концу, и вряд ли в ближайшем будущем удастся их пополнить.

— Ага, — пробормотал Ахин, глядя по сторонам.

Действительно, знакомый пейзаж. Впрочем, он был до тошноты однообразен вдоль всей границы с Пустошами. Здесь судьба свела одержимого с Сеамиром или нет — можно только гадать. Да и зачем? Это уже прошлое. Хоть и не столь отдаленное. Наверное…

Сколько времени прошло с той встречи? Когда Ахин сбежал из Камиена? Когда произошли события той злосчастной ночи в квартале фей? Когда все это началось?

Одержимый не знал. Он не вел счет времени. Поначалу пытался, но некоторые дни растягивались на недели, а часы сжимались в мгновения. Да и лучше лишний раз не задумываться о прошлом. Усвоил урок — иди дальше.

— Жарко, — Трехрукий посмотрел на огромное солнце, зависшее в небе над порождениями Тьмы.

— Я думал, мертвые не потеют, — усмехнулся Диолай.

— Не потеют, — подтвердил ходячий труп. — Но если бы здесь не было так сухо, то мое тело начало бы очень быстро разлагаться. И тогда запах пота показался бы тебе ароматом цветов.

Сонзера поднял руку, понюхал подмышку и пожал плечами:

— Да и так вроде ничего.