Да, верно. Убил. Но было что-то еще, какое-то незаконченное дело…

— Очевидно, они мертвы, — заключил Турогруг.

«Мертвы. Но…» — Ахин нахмурился, копаясь в четырехкратных воспоминаниях о произошедшем. Ничего.

Неподалеку послышались шаги и тихий металлический скрежет. Демоны напряглись и сбились в кучу, предвкушая скорое кровопролитие, однако, увидев идущую к домику знахарки нежить, они разочарованно заворчали, опустили оружие и разошлись.

Ожившие мертвецы были облачены в дешевую, но вполне крепкую броню, а наконечники их копий и новенькие мечи тускло поблескивали в свете первых звезд. Видимо, староста Орин и в самом деле старательно выполнял свою часть договора с одержимым.

«Орин? Нет, его сыновья. Это сделали они. И теперь они мертвы… Мертвы, но… Проклятье, что я забыл?»

— Я же говорил, что это он, — оскалился Одноглазый. — Кто еще может такого страху нагнать? Сразу понятно… — он увидел труп саалеи на руках одержимого и резко замолчал.

Перевернутый обвел безразличным взглядом толпу демонов, как будто ни секунды не сомневался, что Ахин рано или поздно приведет их сюда. Впрочем, скорее всего, ему просто все равно.

— Что тут произошло? — поинтересовался опрятный мертвец.

— Они убили ее, — мрачно ответил Диолай, по-прежнему глядя на Аели.

«Я вспомнил».

Тьма вспыхнула внутри одержимого, едва не испепелив его естество в черном огне. В глазах клубился беспросветный мрак, человеческое тело больше не скрывало темную сущность, почти целиком поглотившую светлые аспекты двуединой души. Он — воплощенный кошмар. Он — сила, исчезнувшая полтора столетия назад. Он — эхо ужаса Вечной войны.

«Не только сыновья Орина. Другие люди. Они все виноваты. Те, которые убили ее. Те, которые мучили ее. Те, которые все знали. Те, которые догадывались. Те, которые подозревали. Те, которые ничего не делали. Виноваты все».

— Идите в Бирн, — тихо прошептал Ахин, но его слова невозможно было не услышать, ибо они прокатились непреклонной волей по рядам темного воинства: — Убейте всех.

— Смерть им! — взревел Турогруг, воздев секиру к небу. — Сме-е-е-е-рть!

Долина меж утесами и лесом наполнилась воинственными воплями демонов, бросившихся следом за вождем в сторону поселения. Они уже давно рвались в сражение, и сейчас им это необходимо, как никогда раньше, даже если их противники — простые крестьяне. Демоны стремились туда, где все знакомо и понятно, где мир делится на врагов и соратников, где можно выплеснуть застоявшуюся ярость.

— Как же долго я этого ждал, — оскалился Одноглазый и повернулся к своим мертвым подчиненным: — Чего стоим, доходяги? Вперед! Не щадите никого.