Чтобы локализовать конфликт, целью был выбран Калининград. Планы атаки на этот анклав были разработаны давно и многократно отрепетированы в ходе штабных учений. Сил и средств хватало с избытком. К тому же никто не собирался использовать сухопутные войска. Ракетный удар должен был уничтожить военную и гражданскую инфраструктуру региона, после чего Москве будут предложены переговоры по деэскалации. Такой шаг должен был продемонстрировать, что США и Великобритания не будут мириться с применением русскими военной силы даже в ответ на агрессивные действия некоторых стран НАТО. Ограниченный удар, по мнению аналитиков Пентагона, минимизировал возможность перерастания конфликта в полномасштабную войну, а разрушение Калининграда должно было вызвать в России полноценный политический кризис с последующей гражданской войной и сменой власти.

К середине ночи все шаги были согласованы, военные принялись за корректировку уже готовых оперативных заготовок атаки на Калининград. А премьер со злорадной ухмылкой пошел в спальню, чтобы поспать пару часов. Следующий день обещал стать насыщенным драматическими событиями, и, чтобы встретить их, надо было быть отдохнувшим и если не в хорошей, то хотя бы в приемлемой физической форме.

Россия. Москва. Национальный центр обороны

НОВОСТНАЯ ЛЕНТА. МИД РФ: «Россия готова немедленно начать диалог с европейскими государствами по деэскалации напряженности. Соответствующие телеграммы направлены по дипломатическим и военным каналам главам всех стран Евросоюза».

* * *

Где та грань, которая разделяет три категории противостояния. В какой момент конфронтация переходит в конфликт? Когда конфликт перерастает в полноценную войну? Когда война из политического инструмента становится орудием геноцида, способным уничтожить целые нации или даже цивилизации? Ответов на эти вопросы министр обороны не знал. По стечению обстоятельств он стал частью чрезвычайно рискованной и опасной игры. В этой сложнейшей партии любой его ход, как и любой ход противника, мог оказаться роковым и запустить лавинообразный процесс, грозящий всем тотальным уничтожением. С другой стороны, если его противник будет руководствоваться здравым смыслом, если он поймет, что сохранить часть гораздо лучше, чем гарантированно потерять целое, тогда партия может закончиться ничьей.