– Но Франция не угрожает России. Почему вы обращаетесь именно к нам?

– Когда я говорю «вы», то имею в виду коллективный Запад. Вы являетесь его частью. Париж на протяжении десятилетий был в положении американского вассала и поддерживал русофобскую позицию англосаксов вместо того, чтобы выстраивать самостоятельную архитектуру безопасности на континенте. Так что вы сами виноваты в том, что Европа стоит на грани войны.

– Я в корне не согласен с тоном вашего заявления и считаю его неуместным в общении лидеров двух великих держав, – обиженно проговорил президент.

– Послушайте… Хотите политеса, общайтесь с нашим МИДом, – министр с трудом подавил желание повесить трубку. В нем нарастало нетерпение и злость от того, что он должен объяснять этому напудренному, надушенному хлыщу то, что итак очевидно. – Я человек прямой. Привык называть вещи своими именами, чтобы всем была понятна моя позиция. А она предельно проста. Первое. Вы развалили систему мирового права, нарушили все прописанные нормы и неписаные правила. Россия теперь не считает себя связанной никакими обязательствами по отношению к Западу. Нам наплевать на вашу так называемую демократию, толерантность и античеловеческие ценности. Наплевать, что вы о нас думаете и что говорите. Второе. Нам не надо ни пяди вашей территории, ни ваших ресурсов, ни людей, ни заводов, ни фабрик. Мы не собирались и не собираемся нападать и оккупировать. У нас есть все и даже больше, чтобы успешно жить и развиваться самостоятельно. Но если вы на нас дернетесь, вся западная часть Европы и США будут стерилизованы. Полностью. Так, чтобы ветер еще многие десятилетия носил над вашими разрушенными городами радиоактивную пыль. Кажется, только так у Запада можно отбить привычку раз в сто лет бешеным псом бросаться на Россию.

– Я прошу вас, не надо угроз. Я за конструктивный диалог, – сбитый с толку таким неожиданным эмоциональным напором француз явно не знал, как дальше вести разговор.

– Третье, – перебил его министр. – Хотите мира? Мы готовы договариваться. Со всеми вместе или с каждой страной по отдельности. Хотите торговать – пожалуйста. Совместные проекты – сколько угодно. Но если мы почувствуем, что от вас исходит реальная угроза, то будьте готовы к самому трагичному сценарию. А теперь о том, что происходит сейчас. Решение о применении силы против России в США уже согласовано. Его утверждение Конгрессом – простая формальность. Если Парламент Англии через три часа даст добро премьеру на военную операцию против нас, мы будем считать это объявлением войны. А раз так, то имеем право принимать любые превентивные меры, адекватные явной угрозе, – министр секунду вслушивался в напряженное дыхание на том конце провода, а потом добавил: – А насчет избежать войны в Европе… Это ваш регион. Франция – одна из самых влиятельных стран в Евросоюзе. Вы вполне можете хоть раз использовать свой авторитет для того, чтобы на континенте установился мир.