Ничья. Когда никто из равных по силе соперников не считает себя проигравшим и все сохранили лицо. В текущей ситуации это был бы лучший выход для Москвы, потому что за ним последовали бы тектонические перемены в глобальной политике и одним из их основных бенефициаров была бы как раз Россия.

Но… Противник, похоже, думает, что у него в запасе еще остались выигрышные ходы.

Министр посмотрел на экран, где была выложена короткая сводка СВР. Через несколько часов на экстренном заседании английский Парламент должен передать премьеру право на использование военной силы в конфликте с Россией. Это право предоставлялось только в случае полноценной войны. Оно предполагало, что глава кабинета и Министерство обороны могут использовать в полном объеме и без предварительных консультаций все элементы вооруженных сил, кроме оружия массового поражения. Оно также предполагало возможность интервенции и оккупации части территории. В другой ситуации такое экстраординарное решение Парламента можно было бы считать истеричным политическим демаршем, а воинственную риторику лондонских политиков просто игнорировать. А сейчас?

СВР сообщала, что в английском Генштабе оценили то, что корабельной группе «Дункана» нанесен лишь незначительный ущерб с минимальными жертвами, хотя она могла бы быть полностью уничтожена. Оценили там и заявление Москвы о том, что после ответного удара она считает конфликт исчерпанным. Возможно, военным, понимающим, чем может обернуться эскалация конфликта, и знающим реальную его историю, удастся убедить парламентариев вести себя осмотрительнее. В этом случае дальше жестких деклараций и демонстративного бряцания оружием дело не пойдет.

Беда была в том, что новое поколение западных политиков воспринимало окружающий мир с некоторым оттенком виртуальности. Внешняя политика казалась им чем-то вроде компьютерной стратегии, где они видели себя хозяевами положения, неуязвимыми геймерами, двигающими юниты по карте туда-сюда, не особенно задумываясь о последствиях, с полной уверенностью в том, что в случае поражения, игровой уровень можно будет перезагрузить. Эти молодые не очень умные, но крайне амбициозные деятели, вошедшие в политику на волне разного рода толерантности, имели все большее влияние на принятие решений. Несмотря на партийную принадлежность, они для принятия выгодного им решения иногда объединялись в парламентах и правительствах и образовывали чрезвычайно влиятельные группы. Такой оппортунистический союз ультралиберальных единомышленников представлял серьезную опасность из-за своей чрезвычайной идеологизированности на почве принадлежности его членов к меньшинствам, люто ненавидящим своих консервативных оппонентов и особенно Россию за ее приверженность традиционным ценностям.