– Мы не можем ее тут бросить, – Эльвия с облегчением нащупала пульс Леоры.

Лунас, накидывая рубашку и плащ обеими руками, скептически напомнил:

– Она обманом вовлекла меня в махинации Гитера и еще недавно пыталась убить тебя. По-моему, она злодейка и вполне заслуживает такой участи.

– Это не нам решать, – возразила Эль, с укором взглянув на Лунаса.

Даже на таком расстоянии ее будто примагничивало к нему. Воображаемая Айси тут же осудила ее. Пересилив себя, Эль опустила взгляд и заметила голубоватую жеоду с глубоким зигзагообразным сколом, торчащую из кожаного мешочка на поясе Леоры. Эль торопливо достала эолу и обнаружила, что в ней, как в хрустальном шаре, кружатся снежинки. Тут же решив, что добро не должно пропадать зря, Эль за считаные секунды впитала в себя Темпурус холода и, к приятному удивлению, обнаружила, что он не вступил в борьбу с ее магией, в отличие от Дайта.

Сверху послышались очередные громогласные удары, и на этот раз потолок посыпался тысячью мелких камней. Она пригнулась и закрыла голову руками, однако опасность миновала. К счастью, пол верхнего этажа рушился по краям дыры, в которую еще недавно скинули Эль.

– Никогда не стоит опускаться до уровня своего врага. – Она схватила Леору под мышки и потащила к выходу. – Мы не можем лишить ее возможности исправиться и в будущем совершить добро.

– Ага, или новое зло, – пожал плечами Лунас, безучастно наблюдая за жалкими попытками Эль двигаться чуть быстрее, чем черепаха.

– Почему ты такой… – Эльвия не нашла подходящего эпитета для его противоречивого поведения. Его принципы были не похожи на принципы других людей и, уж тем более, на ее. Он был настоящим героем, но только для тех, кто ему дорог. Остальных он отсекал жестко и беспрекословно.

– Какой такой? Негодяй, который думает только о себе?

– Я так не считаю. Думаю, ты лучше, чем тебе кажется. Просто что-то по-настоящему прекрасное и доброе скрывается под тоннами твоих масок, и поэтому…

– Ладно, хватит болтать, давай ее сюда, – вздохнул Лунас, словно испугавшись, что Эль может раскопать то, что он давно тщательно припрятал, и подошел ближе.

– Спасибо, – кивнула она и обрадовалась, что оказалась права: Лунас был способен на бескорыстное добро. – Будет хорошо, если ты полетишь с ней…

В ее памяти отчетливо нарисовалась картинка, когда Лунас унес на руках Иларин Сил, повредившую ногу на практическом занятии по Тактике Ведения Боя. Тонкая игла ревности кольнула ее под ребром, и тут же вновь проснулась воображаемая Айси, выдавшая нравоучительную тираду. Лунас призвал дар и объединился с горогоном, но крылья его были почти прозрачными.