Когда соседи разбрелись, сели за чай. Ринпоче выделили специальный стул, подложив на него дополнительные доски и подушки, что все равно не сделало его выше Фислара, сидящего поодаль, поэтому Фислара согнали (точнее вежливо попросили) пересесть на низкую шатающуюся табуретку. Когда порядок сидящих был установлен, хозяин шепотом спросил нильдара.

– Где же Марианна, уже темнеет?

– А я что, ее охранник? – Резко ответил тот, обиженный табуреткой.

Хозяин, смутившись замолк, с тревогой потирая руки.

– Садись брат, она должна скоро прийти, не беспокойся. – Все с той же улыбкой, но уже на английском, хотя и с сильным акцентом произнес Ринпоче.

– А вы что, пророк-предсказатель? – Сострил Фислар, бросая фразу, как перчатку перед дуэлью.

– Нет, просто на улице холодно становится. Замерзнет, придет. – Легко засмеялся в ответ Ринпоче, не обратив внимания на колкость.

Говорили о незначительных вещах. Но все на английском. Иногда отец Лхаце срывался на тибетский, но Кунзук отвечал ему, будто стараясь именно для Фислара, чтобы тот тоже понимал. Устав от их скучных разговоров, Фислар начал раздражаться. Улыбка высохшего ангела казалась ему все более и более натянутой и поддельной, а сам он ханжеским лжецом. Пытаясь вывести его на чистую воду, дождавшись паузы, он спросил.

– Лхаце говорила мне, что вы решили стать монахом. Каково это? Почему решили?

– Стать монахом было самым лучшим поступком в моей ситуации.

– Что за ситуация?

– Я родился человеком и в этом теле самое лучшее – стать монахом.

– Это потому что работать не надо? – Язвительность фразы заставила всех сидящих обратить взгляды в его сторону. Лхаце пинала ногой под столом. Фислар демонстративно повернулся к ней. – А что? Любому дураку понятно, почему некоторые выбирают эту дорогу. Сидишь на шее у общества, ничего полезного не делаешь.

Глаза монахов, пришедших с Ринпоче, округлились. Один не выдержал.

– Как это ничего не делаешь?

– А что вы делаете? Ну, расскажи-ка мне.

– У монахов много обязательных дел. Например, обряды проводить, медитировать… – Он спешил, поэтому постоянно запинался.

– То есть дела такие – звенеть в колокольчик и сидеть закрыв глаза. Вот это работа. Да… – Фислар откинулся назад телом, ожидая почувствовать спинку стула, забыв, что сидит на табурете, от чего нелепо покосился, но быстро поправился, будто так и надо.

– Вам будет сложно понять, ведь вы – западный человек. – Стараясь быть более вежливым парировал монах.

– И как «западный человек» я имею образование, так что надеюсь разобраться с этим. Я же совсем не дурак. – Фислар положил руку на грудь. – Попробуйте, рискните объяснить мне вашу чудную логику.