Они идут дальше и слева внизу она видит пропасть. Подойдя ближе, можно заметить внизу проблески света, отражающиеся от бликов горной реки. Туда никак не спуститься, только если ты не птица или Церин из рода летающих нагов-драконов. А потому спасеньем кажется мелкий родник правее дороги, неожиданно бьющий прямо из кучи камней. Словно когда-то, некто могущественный был мучим здесь жаждой, и лишь стукнув посохом по скале, обеспечил все грядущие поколения практиков водой. Харша радостно пьет, загребая воду ладонями, а после смачивает свою рану. Может излечится святостью этой воды. Водою будды не смывают скверны…Но суеверная надежда все же живет.

Проходя дальше, она замечает скрывавшийся доселе меж глыбами маленький каменный домик. Ее сердце замирает, волосы на голове вдруг приходят в движенье, а на глазах блестят слезы. Это то место, что лицезрела в видениях, при смерти лежа на дряхлой кровати в гнетущей московской квартире. Да, все это то же, но чуть иной ракурс. Явленное голубоглазым в короне, которого она принимала за своего настоящего учителя, было со стороны глаз орла парящего. Домик все тот же. Вблизи становилось заметно, что это лишь камни, выложенные друг на друга толстым слоем, крыша из прохудившихся досок, крошечное оконце, как пустая глазница, дверь без петель, просто сколочена и поставлена рядом. Каждый раз её нужно поднимать, чтобы сдвинуть и перекрыть выход. Внутри пусто, заброшено. Уступ из камней прямо в стене – подобие алтаря, неподалеку каменная печь-плита. Она ходит по единственной крохотной комнатке, гладит предметы рукой, дотрагиваясь осторожно. Лама Чова помогает раскладывать вещи. Вымели пыль, постелили циновки. Рядом с окном лежит дощечка, грубо сбитая из расслоившихся мебельных остатков. Харша поднимает ее. Вероятно, от зимнего холода, хотя уже было понятно, что эта лачуга сможет защитить лишь от снега, ни как уж от стужи. Под дощечкой нагини заметила кусочек кружевной старой тюли. Единственная роскошь. Она зацепила белую, рассыпающуюся от прикосновения, тряпочку на два гвоздя по сторонам окна. Сквозь открытую дверь тихо прокрался сквозняк выдувая тюль наружу сквозь каменный проем. Теперь все как в видении. Здесь она провела нелегких восемь месяцев.

Сейчас научилась уже не хвататься за приходящие мысли. Пусть будут как волны прилива. Накатывают и отступают. Еще недавно все было иначе. Даже после прозрения случившегося с ней в непальском лесу, она все равно еще бывало хваталась за приходящие эмоции, мысли, воспоминания. Особенно болезненные.