До избушки мы добрались без приключений. Охотников не было, однако запустенья я тоже не заметил. Здесь периодически жили. В воздухе даже чувствовался запах недавно разводившегося костра под жаровней. Следуя моим увещеваниям, туристы всё с интересом рассматривали, но ничего руками не трогали. Я наблюдал за ними, готовый уже дать команду отправляться дальше, когда спохватился и окликнул Конрада, который в этот момент общался с итальянской парой.

– Послушай, – сказал я. – Наша тетрадь… твоя находка… ты её со всеми вещами на подворье оставил?

Мне слишком ярко представилось, как нас обворовывают во второй раз.

– Обижаешь, дорогой товарищ.

Чтобы меня успокоить, Конрад стряхнул с плеча удобный рюкзачок, который привёз с собой из дома, расстегнул молнию и, не вынимая, показал нечто, плотно завёрнутое в целлофановый пакет.

– Я стараюсь не совершать ошибок дважды, – ободряюще улыбнулся он. – Даже чужих.

Успокоившись, я пропустил его замечание мимо ушей, и объявил общий сбор.

Дорога через лес до пещеры заняла на этот раз меньше времени, чем обычно. То есть, разумеется, времени ушло столько же, сколько и всегда, но я был погружён в свои мысли, и оно пролетело почти незаметно. По пути мы спугнули нескольких лосей и слышали издалека хрюканье кабанчиков, но этим приключения ограничились. Настроение у всех держалось бодрым, а прохлада первой из двух пещер оказала на разгорячённых путников умиротворяющее действие. Остановились, попили из ручья, бегущего по камням прямо у нас под ногами. Здесь я начал рассказывать те истории, которые знал об этом месте, а Конрад бочком-бочком отошёл подальше и, как мы договорились ещё в лесу, пошёл дальше один по коридору на разведку – в главную пещеру. Мы условились, что он сделает это быстро и тихо. Нам нужно было убедиться в том, что там нас с группой не поджидают возле саркофага какие-нибудь неприятные сюрпризы. Я заранее ему всё объяснил. Заблудиться в узком и петляющей проходе было невозможно даже при желании – через сотню шагов тот обязательно выводил путника в основную залу пещеры.

Слушатели не сразу сообразили, что я их умышленно задерживаю и спохватились лишь тогда, когда вездесущий Роналд поинтересовался, а где же, собственно, Врата. Пришлось мне признать, что они чуть дальше. Все изъявили желание незамедлительно проследовать к ним. Мне ничего не оставалось, как возглавить шествие.

Конрад навстречу всё не шёл. Я волновался. Что-то его там задержало. Каюсь, в эти мгновения неопределённости и ожидания, я думал не только о нём, но и про тетрадь в его рюкзаке. Мы ведь её толком и не рассмотрели. Так полистали, но отложили расшифровку до лучших времён. Теперь, если что произойдёт, это будет невосполнимая потеря. И Конрад знал это не хуже меня. Так что если ей что-то угрожало, он будет биться за неё до последнего. И вот он взял и пропал.