– А вы не хотели бы тоже попробовать себя в литературе? – спросил Зугард. – Я имею в виду не публицистику, а, к примеру, антиутопический роман… Если честно, я просто обзавидовался, когда читал вашу новую программу. Как же сильно вы ненавидите чужое мнение! Это просто шедевр!

– Я ненавижу не чужое мнение, – возразила Хельмимира. – Я ненавижу лень, халтуру, невежество и предрассудки.

– А себя, наверное, мессией считаете? – усмехнулся генерал.

– Я считаю, что могу принести пользу всей гуманоидной расе, – заявила Хельмимира. – И знаю, что я права.

– О какой пользе вы говорите? – неожиданно произнесла Визулинда. – Вы хоть представлятете, сколько горя принесёт ваша затея? Искусство нужно людям не только для того, чтобы думать и развиваться. Прежде всего оно должно приносить радость. А какая радость может быть там, где за плохой рассказ тебя расстреляют или отправят в лагерь для инакомыслящих?

Это прозвучало так резко, что Хельмимира невольно вздрогнула и уставилась на императрицу. Та, положив на стол свои приборы, уставилась в ответ.

– Вы предлагаете радоваться дешёвке, – сказала Хельмимира. – Вы предлагаете радоваться тому, на что не было потрачено ни единого усилия мысли. Хотите, сочиню вам за минуту дюжину таких историй, какие сейчас популярны? «Жил-был простой парень; однажды он попал в магический мир; ему нужно было найти книгу заклинаний, а перед этим достать карту у трактирщика, завоевать магическое яйцо и победить магического волка…»

– Прекратите! – возмутился Зугард. – Не смейте воровать мои идеи!

– Почему же? – не унималась Хельмимира. – А как насчёт продолжения? «Потом он за пару дней научился драться магическим оружием и пошёл в магический лес, но его спутник оказался приспешником главного злодея…»

– Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет! – запротестовала Визулинда. – Такого даже ранний Зугард себе не позволял! Я сейчас отупею!

– Неужели вы не хотите узнать концовку этой истории? – спросила Хельмимира, усмехнувшись. – Неужели вам не интересно то, что в итоге наш герой окажется Избранным?

– Нет! – хором закричали супруги.

– То-то и оно, – торжествующе произнесла Хельмимира. – Сами не хотите давиться ничем подобным, а народу предлагаете.

В столовой опять наступила тишина. Супруги то и дело переглядывались. Хельмимира, которая ничего не ела во время трапезы, смотрела в свою наполненную тарелку. Всё, что происходило за столом, напоминало ей чаепитие у Безумного Шляпника.

– На самом деле это совсем не смешно, – сказала она, помолчав. – И я прекрасно понимаю, почему вы не хотите, чтобы люди развивались.