Рёв сирены не прекращался, переворачивая внутренности ребенка с ног на голову. Принц не понимал, как такое могло случиться, и что же дало их секрету раскрыться: разъеденная печатью Фрина повозка, взгляд в окне дома или дети и сами не заметили, как ранее допустили ошибку.

Закоулок. Второй. Впереди пробежали пламенные воины, сверкая мечами. Назад. Тоже самое. Раян с трудом забрался на крышу по железной лестнице.

Дыхание спёрло. Небо расплывалось. Последствие использования пламени давали о себе знать: юнец изнурялся гораздо быстрее, ведь его огнь нездорово сократился.

«Только не сейчас!» – молвил мальчик, когда его ноги подкосило.

Пытаясь удержать равновесие, дитё споткнулось о каменный шифер дома. Рука тотчас потянулась ввысь, но ухватиться ей было не за что.

Падение. Глухой удар. Мягкая трава и грунт. Мальчик попытался встать, но не смог. Бестолковая ладонь вновь потянулась к своду, но, потеряв силы, упала, задев собой какую-то постройку.

Юнец повернул голову. Ноющая рука уперлась в колодец. Тогда же пальцы силой вцепились в его камень, поднимая хозяина. И Раян побрёл.

Двор. Грядка. Забор с просветами, как взгляд на мир из каменной клетки, и пыльное зарево над его шпалами. Через скрипучую калитку мальчик вышел на скромную площадь, которую пересекала главная улочка, покрытая брусчаткой. И глаза вылезли на лоб от удивления – никто не обращал на него внимания.

Военные в рдяной форме носились взад-вперёд, таская провиант, в панике раздавая приказы. Секунда, и перед Раяном промчалась лошадь, с восседающей на ней Кайонаодхом, который устремился в столицу в сопровождении свиты.

Мгновение, длящееся вечность, проносящее жизнь перед взором младшего принца. Фигура короля: грозная, статусная, величественная. И его собственная: невзрачная, беззащитная, бледная. Руки опустились сами собой.

Мальчишка глядел ему вслед, вслед своему отцу и спешащему за ним брату и снова ничего не мог поделать.

«Он даже не заметил» – само собой всплыло волнение в голове и коснулось рассудка, не придавшего значения крику друга из-за угла дома.

– Раян! – замаячил Фрин на дороге, – Вот ты где! Нам нужно спешить. Что-то стряслось в Дерроуте, и в момент все как белены объелись… Раян! – и дёрнул за рукав застывшего в непонимании друга, чтобы тот очнулся от переживаний.

– Фрин, Мишель, – проснулся ребенок, – Если отец отправился в столицу, то дело плохо, – нервно заключил он.

– Конечно, раз он спешит, то-

– Нет, ты не понимаешь… – настаивал собеседник, – Он не только король, но и военачальник, который не может просто так бросить свою армию здесь!