«Что же такое смерть?» – задавался вопросом Раян. Пламенному ребёнку ещё до настоящих событий множество раз доводилось лицезреть обращение в элементаля, а если и нет, то состояние достаточно близкое к оному.

Для жителей Дерроута, развязывающих войны по пять раз на дню, смерть стала частой гостьей. Раян не раз наблюдал за солдатами, воротившимися из её лап. Шедшие по главной мостовой к замку, они были рады сему факту. Однако, с ног до головы покрытые шрамами, иде считали гиблые походы честью. Народ чествовал их, рукоплескал бравым воителям. Один лишь беловолосый мальчик средь однородной толпы не разделял его радости.

«Смерть – окончание всего», – уверял ребёнка ученый: «Надежд, сожалений, стремлений. Почему она тебя не трогает? Ну… у каждого идельха своё понятие смерти. Пламенным она в почёт, а тебе… Я надеюсь тебе никогда не придётся в действительности испытать её тягость на себе».

Настоящее. Раян не верил своим глазам. Дерроут горел? Возможно ли чтобы город, дома которого были сотворены из эспа, горел? Потому ли Кайонаодх отправился в столицу, нарушая законы? А за ним и его сын, Томас, безропотно восседавший за спиной одного из мастеров. Но ребятам не оставалось ничего, кроме как проверить выдвинутую гипотезу на практике.

Как только Раян собрался с силами, в общей суматохе дети украли лошадь с лишним артефактом и помчались напрямки к пламенной столице. Их более не тревожила конспирация: мимо какого бы пункта бесстрашная троица не проезжала, возглавляемая принцем, кругом стоял хаос проинформированного бедой населения, которому было безразлично на происхождение скачущих в самое пекло детей.

Полдня занял столь безрассудный поход. Полдня и с каждым часом дым на горизонте прибавлял в масштабах, становясь всё шире и гуще. И вот через полдня въехавшим на бугор детям явился Дерроут во всей своей красе.

Город не просто горел. Он полыхал, расплываясь в пляшущем жаре словно мираж. А чёрная смоль, вьющаяся над его главой, пускала алые искры, казалось достигающие глаз зависших в прострации ребят.

Алым взором Раян изучал мертвенно-спокойный Красный замок, что возвышался над Адом, и ему становилось не по себе от злости. Безотлагательно он пустился к столице, но, как только достиг стен, остановился, скрывшись между деревьев прилегающего к воротам лесного массива.