«
Земля и огонь. Вихрь и вода. Черное месиво. Стон идемарис.
Земля и огонь. Вихрь и вода. Черное месиво. Стон идемарис.– Грязь? Но если я – грязь, то что же такое твой брат? – взгляд Фрина дрогнул на друге, сотканном из двух стихий, но собеседник предпочел не отвечать.
– Эх, во всем виновато пожарище, – сетовал мальчик, отдаляясь от ребят, – С тех пор всё для меня пошло под откос. Меня затянуло в мир интриг, однако я терпел его. Ведь должен был оберегать нового брата, – поостыл он, предаваясь светлым воспоминаниям, – Однако и он бросил меня в итоге. Это моя кара.
Мимолётная грусть выступила на глазах Клема, но по окончанию монолога испарилась, приоткрывая дверь безумным желаниям. Мальчишка намеревался спустить пар, выговориться, что он и сделал, более не мысля оставаться рядом с фальшивым братом.
– Томас! – звал пропащего мальчика Раян, но тот спешно отдалялся прочь, – Фрин! – предательски заблестели слезы, взывая к последней надежде, – Прошу, Фрин, помоги Мишель! Я должен поговорить с Томасом!
Сердце разрывалось на две половины. И обе мешкали в попытках броситься одновременно и за Мишель, и за Томасом. Они понимали, что их стремление помочь близким друзьям не сравнится ни с чьим. Эти узы неоспоримы и могли принадлежать только близкой троице. Однако не так давно в мире зародились ещё одни, способные проникнуться сочувствием друг к другу.
– Ещё просишь, – кротко ответил Фрин мальчику, который всего несколько дней назад и помыслить не мог о подобной просьбе.
И в этот миг дети разминулись.
⪦ 1 ⪧
Колесом вернулось прошлое. Прокрутилось, застопорилось на месте, вновь вверяя нам отрывок себя. Кабинет Кристофа. Уютный, скромный, начищенный до блеска, точно капкан, смазанный салом.
В дневное время здесь решались мировые дела, открытия сеялись кипами таблиц. Ведь, после облюбования храмов эльбрах, пламенные иде продвинулись далеко вперед в развитии науки. Подумать только, до создания государства те считали себя гнилью этого мира, брошенными людьми и эльбрах чудовищами, сродни идемарис. Но найденные записи, артефакты вещали об обратном. Ведь обидные прозвища за хорошие заслуги не вручаются и не остаются крестом на челе, даже если о них забывают со временем, как забыл еще тогда не сведущий о собственном грехе мальчик.
– Тогда я помогу вам, – раздалось перед ним после долгого разговора.
Ученый внимательно выслушал юнца, как выслушивал всех сотрудников в своем кабинете, и вынес заключительный вердикт. Но Томас не оценил заботу старшего поколения, угробившего вечер на россказни прошлого.