Главная площадь озарилась смехом. Отражаясь от домов, он эхом раскатывался по широкой местности, въедаясь в уши сожженных, бьющихся в агонии, страдающих, плачущих, изморившихся идельха. Мальчик у разбитого фонтана, глаза которого заволокло горе, развлекался как мог, изводя их сердца.

Фонтан. Одинокая фигура. Колыбельная.

«Пламя хладом облилось – усыпить не удалось…»

– И вообще, что это с тобой, Раян? Зачем ты покров снял? Нарываешься на неприятности? Или решил в капитана поиграть? – вытирал слёзы он.

Смех. Кричащие идельха. Улыбка.

«Песню я тебе спою, их желанье претворю…»

– Ты ведь знаешь, кто всё это сотворил? – внезапно спросил его Раян.

Одинокий фонтан. Фигура исчезла.

«Сном забытым, брат, уснёшь, пепел в Бездну заберёшь…»

– Кристоф, – спокойно объявила фигура, и колыбельная смолкла.

Глава 22. И небо прояснилось

Глава 22. И небо прояснилось

Как-то раз, когда солнце заходило за горизонт и взрослые разбрелись по делам, маленький принц остался один. Сидя на каменном балконе, согретым лучами далёких земель, он наблюдал за ярко-красным горизонтом, предаваясь собственным волнениям.

«О чём грустишь, малыш?» – поинтересовался у ребёнка прохожий, но тот не ответил.