Звучит звонок, и, оставив на столе нетронутый сок и ненадкусаный бутерброд, под руку с Катей возвращаюсь на своё место.

— Неприятные последствия бремени славы? — тон весёлый, но Катя глядит сочувственно.

— Знаешь, у нас, в посёлке, в маленьких городах, как-то не принято лезть к незнакомым людям.

— И следить за ними тоже.

Оглядываюсь, дама с лошадиным личиком смотрит мне в глаза, и, увидев в какую ложу, мы входим с Катей, разворачивается и уходит.

— Что бы это значило? — недоумевает Катя.

— Поживём-увидим.

Уже в конце, когда артисты последний раз вышли на поклоны, в ложу просочился мелковатый, полноватый, и чрезвычайно носатый человечек с орлиным взором и великолепной лысиной посреди буйных кудрей. Окинув ложу взглядом Наполеона при Аустерлице, он прямиком направился в тот угол, где сидели мы с Катей.

— Бобров? Юрий? Николаевич? — спросил он тоном фельдмаршала на параде.

Так и подмывало вскочить и ляпнуть что-то вроде: «Яволь, герр рав-алуф!»[96], но невероятным усилием воли я подавил ненужный хулиганский порыв.

— Да, это я.

— Приглашаю Вас посетить небольшую дружескую вечеринку с участием творческих деятелей Большого театра.

— Я не один.

— Приглашаю и Вашу спутницу. Не откажите, сударыня.

— Катя, каково будет Ваше решение?

— Пойдёмте, Юрий.

Пока длится наша галантная беседа, зрители, находившиеся в ложе, замерли и впитывали происходящее. Надо полагать, величественный коротышка местная знаменитость, которую и нам знать не грех, но как-то не чувствую стремления знакомиться ближе. Посмотрим, как нынче зажигают звёзды.

В очень просторной комнате, где-то в дебрях огромного здания, было накрыто несколько столов, вокруг которых дефилируют люди. Фуршет. А я и не знал, что шведский стол уже входит в обиход. Прямо от дверей наш сопровождающий объявляет:

— Юный, но уже получивший некоторую известность композитор Юрий Бобров. Его перу принадлежит «Призрак Оперы», который с успехом был представлен в Новосибирске, и вызвал огромный интерес в музыкальном мире. Ходят слухи, что ведутся переговоры о гастролях во Франции. Свою спутницу Юрий представит сам. Прошу.

— Моя спутница журналист студенческой газеты Парижской Академии, принцесса, или по — нашему княгиня, Кати Ле Кок Траутманн, инкогнито.