— Да ради бога! Выступить в Опера Гарнье — великая честь. Лично я о такой возможности даже не мечтал. Так и передай.

— Передам. Завтра утром и передам. А теперь скажи, «Собор Парижской Богоматери» у тебя уже написан?

Мольбы во взгляде Кати намного больше, чем я могу перенести.

— В общих чертах.

— Спой! Хотя бы маленький кусочек!

— Ты читала этот роман?

— Конечно же!

— Помнишь, на сердце Эсмеральды претендуют трое: горбун, священник и офицер. Вот тебе ария Феба:

— Волшебно!

— Я напишу музыку, и скелет либретто, а ты, если есть желание, берись за текст.

— А можно?

— Не можно, а нужно. Ноты и наброски либретто я пришлю.

Прощаемся мы в скверике, напротив гостиницы.

— Юра, наверное, ты устал, может, зайдёшь ко мне в гости?

— Не могу, извини.

— Юра, мы завтра встретимся?

Я не против встречи, мне приятно общество этой женщины, но чуйка говорит, что охота уже объявлена, флажки выставлены, охотники расставлены по номерам, и вот-вот раздастся сигнал загонщикам гнать меня под выстрел. Правду говорить нельзя, придётся врать, ничего тут не поделаешь.

— Не знаю. Я всё-таки приехал по делам. Очень может быть, что я завтра умотаю в Астрахань.

— Но ты сообщишь мне, когда уедешь, чтобы я пришла проводить? А ещё лучше, поедем вместе.

— Постараюсь сообщить. Только понимаешь, Катя, это мои друзья собираются ехать, а я вместе с ними, поскольку у них машина. Мы давно собирались съездить в дельту Волги в Астраханской области. Всё завязано на моём приятеле, которого должны отпустить с работы, а в какой день это произойдёт — неизвестно.