Лексий всерьёз задумался над его вопросом. Каково это? Ну, поначалу я был в ужасе. В растерянности. В уверенности, что просто брежу, и это всё не всерьёз. А ещё было нелегко привыкнуть жить без электричества и телефонов. Но, знаешь, глупо жаловаться, если вспомнить, что в это время мой друг был бурлаком в Степи. Этот мир был ко мне добр. Не знаю, почему. Мне кажется, я не заслужил.

– Ко всему привыкаешь, – сказал он. – Я нашёл себе занятие. Я нашёл себе вас. Честно, могло быть намного хуже.

– Но ты всё ещё хочешь вернуться домой?

Лексий сам не знал, почему этот вопрос застал его врасплох, но у него словно выбили землю из-под ног. Хочу ли я—..?

– То заклинание, – пояснил Тарни. – Я не знаю, как завтра всё обернётся и… сколько от меня останется, но если вдруг… Послушай, Лексий, если это для тебя важно, если ты до сих пор тоскуешь по дому и хочешь вернуться, то я попробую помочь. Может быть, нам двоим твои чары будут по зубам…

– Троим, – поправил Ларс.

– Эй, – возмутился Элиас, – а я? Честное слово, я первый с радостью помогу этому самозванцу убраться туда, откуда пришёл!

Лексий закрыл глаза.

Он сидел у костра с людьми, которые так любили его, что готовы были отдать по кусочку своей и без того короткой жизни, чтобы ему помочь.

А он-то полагал, что ещё сложнее всё стать просто не может.

На Земле были Пушкин, интернет и чай. Там были Питер, и мама, и другая луна, там он родился и вырос, и этого нельзя было забыть просто так. Тоска, которая всё эти годы занозой сидела у него внутри, никуда не делась.

Но Лексий смотрел на своих друзей и понимал, что согласен жить с ней сколько придётся.

Хочу ли я вернуться? Но как я смогу быть где-то, где нет вас?

Подумать только, а ведь совсем недавно он чувствовал себя таким чудовищно одиноким.

– Спасибо, – сказал он хрипло, потому что это было единственное слово на свете, которое могло вместить хоть каплю того, что переполняло его сейчас. На минуту всё остальное вдруг стало неважно. Дождь, холод, усталость, мокрые ноги… даже завтрашний день, который закончится неизвестно чем. Неважно. Не теперь.

Элиас шумно вздохнул и резко встал – как будто сдерживался до последнего, но больше не смог.

– Но это всё-таки слишком, – сказал он, не обращаясь ни к кому из них в особенности. – Я не могу так сразу-… – он раздражённо тряхнул головой, сделал движение, словно собирался уйти от костра, но передумал. – Знаешь что, Уту? Пойдём-ка со мной. Я всё равно с самого начала собирался сказать тебе пару слов наедине…

Тарни послушно поднялся, и их обоих скрыла промозглая темнота.