–Данучи? – нахмурилась она.

–Да.

–По-моему, мы закончили эту тему! – властно надавила она.

–А по-моему, мы проигрываем, и это единственный шанс победить!

–Кого победить?

–Себя. – признался ей он в своей слабости перед самим собой.

–Два раза в те же грабли?

–А чем мы лучше всех остальных людей?!

–Почему так уверен, что в прошлом главный ответ будущего?

–Потому что я слышу тысячи голосов тех, кому я нужен, тысячи вопросов и ответов, и все они ведут меня к Данучи!

Смирение удел покорённых. Хоть ему свою гору не покорить, но узреть хочет все небоскрёбы.

Желает, чтоб жила планета, не хочет, чтоб потухла. Можно сложить руки, но, как бы не так – и без них можно сотворить добро…

–Может, остановим войну? – прозвучало в воздухе, отразилось в лёгких и осталось в памяти навсегда.

Художник желал раскусить во всех смыслах её фразу, но искуситель никакой, и многие смыслы безнадёжно отпали.

Снова крик в лесу и так кричит, словно старается напугать или, быть может, прогнать. «Надоел, честное слово. О многом мешает сказать, под контролем держит русло разговора.».

–Ты боишься проиграть? – спросила она уже другим тоном.

–Я боюсь потерять.

–А я не боюсь ничего! – холодно ответила она.

–С каких пор? – спросил сражённый художник, не успев ничего почувствовать.

–Когда узнала, что мы не можем умереть! Зачем теперь нам прятаться? Выйдем в мир и утихомирим его! Мы ведь не знаем, что там произошло за это время и что происходит – пора узнать, пора вмешаться.