— Но… они же белые? — удивился Збых. — Айвен Иванович, вы что, тоже верите, что имперцы хотят отыскать Врата Прибытия на полюсах?

— Простите, Збых-сан, что хотят отыскать? — удивился Такэда.

— Врата Прибытия, — с явно различимой заглавной буквы выговорил Збых Кащенюк. — Ну, через которые мы все тут… ну, то есть, наши уважаемые предки…

— Согласно данным современной археологии, — улыбнулся Такэда, — феномен Прибытия имел стихийный, единомоментный и абсолютно лишённый привязки к любым искусственным центрам характер. Достоверные ранние стоянки и раскопанные поля брани гипотезу скорее подтверждают.

— Но, — Збых взмахнул руками. — От чего же тогда маскировка?

— А белая маскировочная краска с многоэтажным бессмысленным имперским названием, — вздохнул Такэда, — защищает их лодки от феноменов неинструментального восприятия.

— Ано-о, эт-тоо в смысле… — Збых Кащенюк воткнул два пальца в голову в районе висков, демонстративно выпучил глаза, покрутил ими в орбитах, некстати вспомнил, что его командир сам не последний видящий, и незамедлительно покраснел.

— Это в смысле какая-то хитрая имперская сволочь придумала, как скрывать капитальные единицы флота от видящих. Как это относится к цвету, почему именно белый — неизвестно. Зато совершенно точно, что и Стиллман и Тояма обе должны чувствовать на рабочей высоте угрозу на глубине до ста футов под уровнем моря. Ну, если не отвлекаются на ерунду, как мы сейчас, — не удержался от подколки Такэда, — а работают. Они в этом деле чуть ли не лучше меня. Только вот белую субмарину оба раза упорно замечали строго бортстрелки, и строго же визуально. Таких дел.

— Таких дел, — эхом повторил Збых Кащенюк.

— Что с перехватом, Збых-сан? — перешёл к делу Такэда.

— Ожидаемо, — тот помрачнел. — Обратный конвой рассыпался. Строя больше нет. Корабли прикрытия в бою потоплены. Успели радировать о рейдерском суперлинкоре противника, чего бы это ни значило. С транспортов передавали о контактах с гидропланами-разведчиками. Одно судно уже перехвачено и тоже потоплено. Имперец где-то на севере от нас. Боевая скорость высокая. Тридцать четыре узла. Тридцать пять. Как-то так.

— Одиночный. Рейдерский. Суперлинкор, — покатал на языке Такэда. — Что ж, строго. Минималистично. Имперски. Но всё же медленнее наших самолётов.

— Так что, это из-за него мы бросили курс на конвой и так срочно понеслись в компании единственного эсминца в пустой квадрат на карте? — спросил Харальд Катори.

— Каким бы он быстрым ни был, — Такэда обвёл рукой северную часть карты — а через несколько часов окажется всяко медленнее наших самолётов. Хочу напомнить, что нам совсем не обязательно его топить, чтобы сорвать выполнение боевой задачи.