— Вика?

Она повернулась и посмотрела на Максима, словно впервые его видела. Ее глаза странно блестели, а когда она заговорила, Максим услышал, что голос ее дрожит.

— Знаешь, что это? Эту заколку мне подарили на день рождения, в тот год, когда я пошла в школу. Я любила ее, как лучшего друга, а когда потеряла, у меня было такое чувство, словно я его предала. Я никогда не думала, что когда-нибудь увижу ее снова.

— Вика, — мягко, но настойчиво сказал Максим, — Тео ждет нас. Мы не можем отвлекаться. Нам надо найти его крылья.

— Тео? — повторила Вика, словно очнувшись после глубокого сна, — Ах да! Что со мной было? — она поморгала, и, заметив, что все еще сжимает заколку, украдкой сунула ее в карман.

Максим вздохнул и утер пот со лба. Они искали крылья уже несколько часов, но их труды не увенчались успехом. Вещей же, казалось, с каждой секундой становится все больше. Максим устало рылся в ворохе шариковых ручек, баночек с кремом и детских игрушек. Вот миниатюрная модель черного спортивного автомобиля, ага, и пульт дистанционного управления от него. А вот старый игрушечный грузовик, побитый и поцарапанный, на передней ось не хватает колеса, задняя вообще оторвана. Да, досталось ему… Это что? Палочка для мыльных пузырей? Надо же! Ого, фарфоровая кукла! Ничего себе! Страшно представить, как расстроилась ее хозяйка, когда обнаружила пропажу! Воланчик для бадминтона…

Воланчик?!

Не может быть…

Максим обомлел в изумлении, едва дыша от переполнявшей его радости. Воланчик, его воланчик, который он однажды забросил на крышу трансформаторной будки. Серый от пыли, потрепанный, взъерошенный, как воробей, но такой милый, родной…

— Это просто чудо! — прошептал он.

— Максим! — окликнула его Вика, — Иди сюда, я хочу показать тебе кое-что. Э-эй! Ты там заснул, что ли?

Ее голос вернул его к действительности. Максим бережно, как величайшую драгоценность, спрятал находку во внутренний карман куртки и проверил, надежно ли застегнута молния.

— Что там у тебя? — поинтересовался он, вылезая к Вике, — Ты нашла?

— Нет еще, — Вика помотала головой, — Но зато я нашла кое-что другое. Смотри, — она показала рукой в сторону высокого стеллажа из тех, которые обычно ставят в крупных магазинах. Все его полки были сверху донизу заставлены бутылками, флаконами и коробками. На первый взгляд они выглядели совершенно пустыми, но каждая из них была снабжена этикеткой, на которых значилось их содержимое. Надписи гласили: «Совесть», «Стыд», «Уважение», «Репутация», «Дружба», «Надежда», и тому подобное.

Максим взял бутылку совести и повертел в руках. Пыльное зеленое стекло было холодным, бутылка же выглядела совершенно пустой.