На морде Тапатума появилось задумчивое выражение, словно он пытался осмыслить услышанное. Что-то промелькнуло в его сознании, что-то давно позабытое всплыло из глубин памяти, то, что веками хранилось в ее недрах в качестве ненужного, неиспользуемого балласта. А ведь когда-то он помнил это, помнил и любил…

— Мы — существа! — Максим, затаив дыхание, смотрел на Тапатума. Он и сам не знал, почему сказал ему именно это, но отчего-то был уверен, что Тапатум поймет его правильно. Чудовище сосредоточенно буравило его немигающим взглядом, словно сомневаясь, что он действительно существо. Мыслительная деятельность давалась ему с трудом, поэтому на это ушло несколько бесконечно долгих секунд. Наконец пасть его открылась, обнажив два ряда страшных зубов, и Максим в ужасе зажмурился, но чудовище вместо того, чтобы проглотить его, медленно, нерешительно пророкотало:

— Мы — существа?..

Это был скорее, вопрос, нежели утверждение.

— Мы — существа! — поддержал его Максим. Ты — существо.

— И ты — существо, — откликнулся Тапатум, — Мы — существа!

Максим весело рассмеялся. Тапатум аккуратно положил его на землю и смущено отошел в сторону.

— Как ты сделал это? — Вика не верила своим глазам, — Он же хотел нас съесть!

— Тапатум добрый, — возразил Максим, — Просто он забыл об этом. Он забыл, что он — существо. Все привыкли видеть в нем чудовище, свирепого монстра, и постепенно он стал таким, каким его считали окружающие. Никогда нельзя забывать, кто ты на самом деле. Тапатум не злой, он несчастный. Потому что всю жизнь был вынужден носить чужую маску — маску кровожадного хищника.

Тапатум стеснительно переминался с ноги на ногу, негромко ворча.

— Тапатум голодный. Пустыня большая, но еды мало. Только колючие кактусы. Тапатум не любит кактусы.

Максим взял плод кен-тай и положил на песок.

— Ешь. Угощаю. Он вкусный.

Кен-тай тут же стал размером с автомобильное колесо.

Тапатум долго жевал фрукт, зажмурившись от удовольствия.

— Почему ты прячешься в песке? — спросила Вика.

Монстр неуверенно улыбнулся.

— Пустыня. Жарко. Тапатум не любит жару. В песке прохладно.

— А где заканчивается пустыня?

— Там, — Тапатум вытянул щупальце и указал вдаль, на тонкую ниточку горизонта, — Холмы. Озера. Виноградники. Тапатум туда не ходит. Там много разных существ. Они боятся Тапатума.