Рен промолчал на предостережение Офена. Действительно, положение в королевстве оставляло желать лучшего. Закон не соблюдался в должной мере. Но если бы рок мави отлавливали по приказу королевы, тогда торговцам и охотникам не приходилось бы прятаться, опасаясь попасть в тюрьму или на плаху. Что-то тут не сходилось. Или же Рен просто отказывался принимать на веру истории, омрачающие образ королевы, которой он хотел присягнуть на верность. Тогда где гарантии, что пойманную Бривару осудят и запрут в темнице? А вдруг она откупится, как это сделали другие охотники?

– Эрис? – воин обратился к притихшей сугор; на ней не было лица. Юноша подступил к мидирианке и приобнял за плечи. – Ты в порядке?

– Я… не знаю, – покачала головой девушка. – Прости, Рен. Могу я побыть одна? Ненадолго.

– Хочешь уйти? Это не безопасно.

– Я буду рядом. Уверяю, со мной ничего не случится.

Эрис обошла Рена и, проходя мимо Каина, мягко провела ему по голове ладонью. Лев уставился вслед уходящей сугор, пока она не скрылась в чаще.

– Мне, конечно, все равно, что вы там решите в итоге делать, – снова заговорил Офен. – Мне лишь бы избавиться от долга Бриваре и этой каторги. Но тебе я все равно кое-что скажу. Затея моя, конечно, безумная и сродни самоубийству… Есть среди охотников одна дурная традиция. А ты, я гляжу, парень смелый, и Шуго у тебя имеется…

– Я тебя слушаю, – повернулся к нему Рен.

***

Сухие ветки и травы шуршали под ногами. В полном одиночестве в окружении одних лишь могучих деревьев Эрис ступала туда, где мечтала отыскать покой. Закатное солнце разлилось рыжим светом. Наверху щебетали птицы. Все было так, как в детстве, когда маленькая сугор играла в лесу вместе с родителями. Вместе с друзьями.

Эрис приложила пальцы к шероховатому стволу и, закрыв глаза, глубоко и ровно вздохнула. Она чувствовала, что все время поиска Диаса действовала не собранно, поступала на эмоциях, сгоряча. Казалось, что девушка разучилась трезво соображать и принимать обдуманные решения. Мысли в голове не складывались так, как ей бы того хотелось. И неведомая сила выкручивала нутро наизнанку, натягивала, как тетиву.

В груди давило одиночество. И вроде бы Рен и Дарбис были рядом, но даже они… не заменили бы ей дом и семью.

С каждым мгновением солнце садилось все ниже, а Эрис продолжала идти поступью человека, желающего исчезнуть. Отдохнуть от всего, что тревожило и пугало, от всего, что вгоняло в тоску. Так в скором времени мидирианка набрела на маленькую поляну. На пути ее лежал внушительный круглый валун, поросший насыщенным зеленым мхом. Эрис сочла это препятствие неким знаком и приняла решение провести свое уединение именно здесь.