Гэбриэл и Кину какое-то время ехали молча и очень быстро; Гэбриэл гнал коня, пытаясь справится с собой. Не получилось. И на берегу неширокого ручья он спешился, уселся на поваленное дерево и обхватил голову руками. Кину подошел, положил руку ему на плечо.

– Господи… – сквозь зубы выдохнул Гэбриэл. – Я-то думал, что все кончено… что позади это все… Что никогда больше… – не смог продолжать, с коротким рычащим стоном прижал к лицу запястья – руки болели все сильнее, у него было такое ощущение, словно они распухли до невероятных размеров, особенно правая, которой он разбивал лицо Смайли, и превратились в горящие огнем сгустки боли. Кину взял его правую руку, сказал:

– Терпи, больно будет! – И ловко и умело вправил вывихнутые пальцы. Гэбриэл, коротко вскрикнув, прижал руку к груди: что ж его правой руке не везет-то так, а?! – зажмурился, пережидая. Кину сел рядом и неожиданно обнял его. Гэбриэл прислонился к его плечу, слушая, как тот что-то успокаивающе наговаривает ему по-эльфийски. Ему было плохо. Так плохо, как не было еще никогда в ЭТОЙ жизни, после побега из Садов Мечты. Да и там бывало редко. Унижение, унижение и страх – что с ним, связанным, вновь смогут сделать все, что захотят, – оказались такими, что теперь Гэбриэл с трудом собирал куски себя самого, подбирая один и роняя два. Но эти чувства и эта боль стремительно трансформировались в ненависть. Ничего! Двух, двух он уже уничтожил, и воспоминания о том, как подыхал Аякс, выражение его поганых глазок, которое впечаталось в память, дарили ни с чем не сравнимое удовлетворение. Не-ет, слаще мести ничего нет в этой жизни! Трое его врагов мертвы, и жаль, конечно, что Сен-Клера убил не он, но по рассказам Лодо, смерть того упыря была правильной. Долгой и достаточно мучительной, чтобы Гэбриэл чувствовал себя удовлетворенным.

– Теперь, Сетанта, – донеслись до него наконец-то слова Кину на нордском, – твои враги узнали твою силу. И станут бояться тебя. Каждый из них будет видеть себя на месте этого барона, и сон их никогда больше не будет спокойным.

– Если бы эта Элоиза меня не выручила…

– То тебя выручил бы я. – Перебил его эльф. – Неужели ты думаешь, что я позволю какой-то дайкинской мрази надругаться над своим племянником?! Хватит мне и того позора, что покрыл нас с братьями, когда ты очутился в том вертепе. Виоль прав: мы могли найти тебя, если бы послушали его и заглянули в его сны. И то, что я не встречался с ним, меня не оправдывает – я мог бы не искать Лару и тебя по всему Острову в одиночку, а поехать к вам, в Пойму, сразу. То место, что я видел в твоей памяти, та ферма – я прекрасно знаю, где это. Я нашел бы тебя сразу же!