– Но ведь это все случилось, потому что ты умер…
– Да, я был какое-то время мертв. Но ангелы рассказали мне все. – Ираклиус обнажил серебряный меч и направил его на меня. – Вам не взять Костани, пока я жив, а это может быть очень долго, учитывая, что я только что возродился. Ступай, скажи об этом Рыжебородому.
Я уже собрался пришпорить коня, когда Иосиас закричал:
– Его нельзя отпускать. Он убьет Селену!
– Она уже мертва, – ответил Ираклиус. – А вернее, будет. За всю мою жизнь сирмяне ни разу не оставили предательство безнаказанным.
– Шах Мурад находится на моем флагманском корабле, – сказал Иосиас. – Я хотел обменять его на Селену, но ждал подходящего момента, когда мы возьмем верх.
Ираклиус поднял брови и кивнул – он явно был впечатлен.
– Хм… Ход разумный. Но, если он на твоем флагмане, Рыжебородый может попытаться его спасти. Лучше, чтобы он не узнал.
Роун подошел близко к Ираклиусу, как будто пытаясь вдохнуть его сущность.
– Нет, это не просто образ. Я знаю его с тех пор, как мы были юношами, пили и вели беседы о философии в виноградниках Лемноса. У тебя его ум. Ты либо призрак… либо Адроникос Ираклиус Сатурнус, император Священного Крестеса во плоти. – И он, дрожа, упал на колени. – Багровая луна принесла нам чудо! Хвала Архангелу!
– Хвала Архангелу! – прогремело по всему войску.
Все поднимали к небу глаза и восхваляли ангелов, которые якобы вернули к жизни мертвеца. Потом, когда их мысли вернулись к земным делам, все взоры обратились на меня, неверующего в море правоверных. Меня окружали аркебузы и острая сталь. Сквозь них было не пройти, поэтому я слез с лошади.
Кинн перестал переводить и сказал:
– Слишком много стрел и оружия. Если я попробую тебя унести, ты умрешь.
Сосредоточившись, я сказал единственное, что имело значение:
– Постарайся сообщить Рыжебородому, что шах Мурад на флагмане императора. Пусть он не даст этому кораблю уйти через пролив, за морские стены. И… Кинн, береги Сади…
– Доверься мне.
Кинн взмыл в воздух и полетел к побережью.
– Болтаешь с ветром, янычар?
Ираклиус приблизился, направив на меня меч.