Ладно, пес с ним. Есть вещи, о которых лучше просто не думать.

Следующий час они просидели над картой на постоялом дворе, где Нейд снял комнату для Даны – он ее в замке поселить хотел, но женщина отказалась, сказала, что у нее родня в предместьях и вскоре она все равно переберется туда. Кион и прочие деревни на карте отмечены не были, но хоть местность посмотрели… Вообще-то, Дана сначала рвалась сама показывать дорогу, вскидывалась и тут же заметно кренилась вбок. Видно было, что еще одной бешеной скачки женщина попросту не выдержит, на это вообще мало кому хватило бы сил. В итоге она просто отметила тропинки, мосты и броды, которые могли пригодиться отряду, да показала, где, напротив, лучше не ходить: озеро какое-нибудь разлилось или бурелом образовался… Причем второй список получался куда как длиннее. Нет, даже не так: по всему выходило, что в окрестностях злополучных развалин лучше не ходить вовсе – гиблые места! Однако принца это явно не останавливало, а сам Рик вопросов больше не задавал: толку-то?

Потом носились несколько часов как одержимые: к Нейду, на кухню, в оружейную. Рик под шумок все-таки ухитрился незаметно вернуть на место дневник Видара Альвира – жаль, дочитать не успел, но не оставлять же его у себя неизвестно на сколько дней! Принц пока не хватился, и то спасибо.

– Эй, а ты-то что? – Альвир замер посреди комнаты, только теперь заметив, что Жаворонок вытащил из сундука еще одну куртку и вопросительно смотрит на него: можно ли взять?

– Да мало ли, вдруг ночи холодные будут? – Рик прекрасно понял, что имеет в виду принц Эверрана, но предпочел косить под дурака.

– Да феникс с ними, с ночами! Ты куда собрался? В бою от тебя толку не будет, наездник из тебя вряд ли хороший… Только задержишь. Да и не приведи небо, заденут тебя случайно, когда все начнется!

На несколько секунд волшебник все-таки замешкался. Интуиции он привык доверять безоговорочно, а сейчас все внутри кричало о том, что если Жаворонок отпустит принца одного, то живым его больше не увидит.

А ведь оно и к лучшему! Дери его бесы, как бы это ни звучало!.. Если принц погибнет в Холмах, жить станет куда проще. Пусть исчезнет сейчас, пока еще не случилось непоправимого, пока Лиар Нейд – это просто препятствие на пути к трону. Пока зыбкая эта симпатия к злейшему врагу еще не превратилась в привязанность – малознакомое, почти новое для Рика чувство. Хочет идти – пускай идет. И пускай не возвращается!

«Рано, – шепнул внутренний голос – сволочь еще та, Рика и самого, бывало, коробило от его цинизма… Но без него Жаворонок до своих лет не дожил бы. – Ничего личного, просто хранитель прав: к войне мы не готовы».