Стерлинг внезапно вскочил, подняв указательный палец:

– Тс-с, помолчите! Говоря о пении, вы что-нибудь слышите?

Я встала, прислушиваясь, с трудом дыша в разреженном воздухе душной пещеры. Да, острый слух вампира первым уловил нарастающее крещендо, но скоро звуки мелодии достигли и моих смертных барабанных перепонок. Кажется, они доносились из едва различимой узкой впадины на другом конце склепа в нескольких метрах над водой. Несмотря на небольшую громкость, медленный, торжественный ритм проникал в самое сердце. Ноты падали свинцовым дождем… Темп ускорялся в военном марше… Музыка повторялась снова и снова!

– Утерянная музыкальная тема Бледного Фебюса, – пробормотала я.

– Ну, конечно! Ты права! – воскликнул Стерлинг, вытаращив глаза. – Я узнал мелодию! Капитан бесконечно наигрывал ее в течение нескольких недель подвигов, начиная с морской баталии, заканчивая ураганами.

– Да, точно она, – согласился Заш. – Только прислушайтесь повнимательнее, это немного другая соната… законченная.

Законченная. Именно. Ноты, убегавшие от Бледного Фебюса, нашли здесь свой приют. Мелодия торжественно разворачивала музыкальную спираль.

– Похоже на орга́ны, – определил Стерлинг.

– «Ураноса?» – встревожился Заш. – Возможно ли, чтобы плавучая цитадель стояла на якоре где-то над нами?

Вампир качнул головой:

– Сомневаюсь. Тропическая температура в склепе указывает на отсутствие Бледного Фебюса в ближайших лье от нас. К тому же со вчерашнего вечера ни одна птица не ответила на мой призыв, из чего делаю вывод, что пути, ведущие на поверхность, либо преграждены, либо очень далеко. Музыка исходит из самого Клыка Смерти.

Лорд указал пальцем на темный вход в скале, откуда струились звуки.

– Может, узкое отверстие ведет в пещеру, смежную с нашей?

Задумавшись, мы умолкли, слушая продолжение сонаты. Обретет ли Бледный Фебюс покой, если, наконец, услышит законченное произведение, неотступно мучившее его? Мелодия странным образом дарила мне чувство наполненности. Раньше, слушая помпезные хоралы гематического Факультета, воспевающие господство повелителей ночи, будь то в деревенской церквушке на Крысином Холме или в монументальной Королевской Часовне Версаля, я не испытывала ничего, кроме скуки. Но этой ночью приглушенные ноты разбередили душу, внушив почти религиозные чувства. Почему? Как? Мелодия прекратилась до того, как пришли ответы.

Почувствовав головокружение, вызванное волнующими звуками сонаты, духотой, настойчивой потребностью в настойке, я покачнулась. Нужно присесть, да, сейчас станет лучше… Когда я опустилась, ощущая дрожь в коленях, мои босые ноги соскользнули с мокрого камня. Я попыталась удержаться, но из-за цепей, сковавших руки, не сумела…