– Та Карина, которую я знаю, никогда бы так просто на это не согласилась, – с подозрением сказал он.

Та Карина, которую знал Фарид, умерла в тот момент, когда наемный убийца зарезал ее мать, и умерла еще раз, когда она потеряла свой дом, и снова, когда ее праматерь сказала ей, что ее смерть принесет больше пользы этому миру, чем ее жизнь.

Карине вдруг захотелось вернуться обратно в камеру. Когда лежишь в грязи, жизнь кажется намного проще.

– Так как ты доверяешь мне примерно так же, как я тебе, я могу поклясться на крови. Это подтвердит мои слова.

– Нет! – в один голос вскричали нежить и Малик. В голосе юноши послышалась такая мука, что у Карины закололо сердце. Но, наверное, он просто притворяется, как тогда, в Храме Солнца. Или, может быть, в глубине души Малик по-своему переживает за нее, но ведь он улраджи, его чувства не могли не исказиться из-за этого.

Карина не знала, что больней – первое или второе.

Фарид холодно посмотрел на нее, затем кивнул.

– Иссам, дай ей кинжал.

Когда клинок оказался у нее в руке, ее накрыла тяжесть полного осознания того, что она собирается сделать. После клятвы она либо умрет во время Обряда Обновления, либо – если она каким-то образом избежит его и нарушит тем самым клятву – у нее просто остановится сердце.

Ее рука дрогнула.

Помни, кому ты нужна больше всего.

– Повторяй, что я скажу, ничего не прибавляя и не пропуская, – сказал Фарид, и Карина кивнула. – Я клянусь стать душой царицы, потребной для Обряда Обновления. Я исполню свой долг и ни при каких обстоятельствах не буду пытаться остановить либо нарушить ритуал.

– Я клянусь стать душой царицы, потребной для Обряда Обновления. Я исполню свой долг и ни при каких обстоятельствах не буду пытаться остановить либо нарушить ритуал.

Лезвие ножа взрезало ладонь, и магия клятвы проникла в кровь – сила более древняя, чем магия завенджи или улраджи, связала ее жизнь с произнесенными ею словами. Когда дело было сделано, Фарид улыбнулся.

– Это было нетрудно, не так ли?

Он был прав – это оказалось нетрудно. Ей даже стало как будто легче. Она не свергнет Фарида, но мир продолжит существовать, и когда-нибудь кто-нибудь все же это сделает.

– Когда будет проведен обряд? – спросила она.

– У нас есть все необходимые для этого предметы, и мы можем сделать это в любое время. Но, так как ты выбрала путь сотрудничества, я проявлю милосердие. Мы совершим ритуал завтра на закате, а до тех пор к тебе будут относиться, как к высокопоставленной гостье, а не как к пленнице. – Он замолчал на секунду, и в его глазах промелькнуло искреннее сожаление. – Это меньшее, что я мог бы для тебя сделать в твой последний день.