Нежить открыла рот, но опять ничего не сказала. Лицо Фарида приобрело хищное выражение.
– Я передумал. Малик, где тут ближайший водоем? Мы проведем Обряд Обновления немедленно.
Нежить сдавленно вскрикнула:
– Нет! Фарид, не надо…
– Мы и так потеряли слишком много времени.
– Пожалуйста, не надо! – Нежить схватила его за руку. – Проведи ритуал утром. Не надо мне недели и даже одного дня, но, пожалуйста… дай мне провести с сестрой хотя бы одну ночь.
Фарид не пошел бы ни на какие уступки, если бы его просила не Ханане. Напряжение покинуло его тело, и он коротко кивнул.
– У тебя есть ночь, чтобы попрощаться, – сказал он. – На рассвете мы проведем обряд.
Нежить посмотрела на Карину, и у той по спине побежали мурашки. Она оскорбила Фарида в последний раз.
И получила за это ночь с чудовищем.
31. Малик
31. Малик
Он замер. Фарид ударил Карину – не защищаясь и не потому, что так было нужно для ритуала, а из-за того, что она говорила неприятные ему вещи.
А Малик просто стоял и смотрел на это.
Когда Ханане выводила Карину из комнаты, та посмотрела на него. Он хотел бы, чтобы в ее глазах отразился гнев, или разочарование, или даже отвращение, – но в них не было ничего. Ее взгляд оставался тусклым и безжизненным. Если бы Малик был героем, он бы призвал к ответу тех, кто так чудовищно сломал ее волю.
Но он не был героем.
Теперь он понимал, насколько глупо было предполагать, что Карина предстанет перед Фаридом полная своей обычной уверенности и каким-либо образом перехитрит его и обманет судьбу.
Ничего подобного не случилось. Она поклялась на крови, и теперь мир будет спасен. Когда умрет последняя из Алахари, Кхену и остальные тени наконец будут отомщены – ведь очевидно же, что воскрешенная Ханане не сможет продолжить их род.