– Арбалеты! – выкрикнул их командир.

– Нет! – крикнула Карина, когда в зверя вонзились десятки стрел.

Рев чудовища сотряс гору. Из его тела вышли и развернулись в воздухе два широких крыла, похожих на крылья летучей мыши. Тяжело взмахнув ими, оно поднялось в воздух. То место, где оно стояло, покрылось плесенью; прежде чистая озерная вода пошла черной пеной. Само существование нежити нарушало законы жизни. Все, чего касалось чудовище, умирало.

– Как его остановить? – прокричала Карина, когда зверь взгромоздился на призрачную колонну и снова заревел.

– Не знаю, – сказал Малик. – Царь Без Лица говорит, что в прошлом Обряд Обновления всегда совершался сразу после Обряда Воскрешения, и нежить не успевала переродиться. Он не знает, как с ней теперь бороться.

Стражи продолжали обстрел, и это разозлило тварь. Она слетела вниз, схватила одного воина за плечо и зашвырнула его за гребень скалы. Тот пролетел по воздуху и скрылся из виду. Небо затянуло алым и черным. Поднималась буря, на которую не могла повлиять даже Карина. Нежить махнула хвостом и разбила призрачную колонну. Малик заслонил Карину и рукой отбил летевший в их сторону осколок.

– Может быть, если мы завершим Обряд Обновления, оно опять превратится в Ханане? – сказала Карина, хотя в глубине души знала, что время для этого ушло. Перед ними последнее знамение, и проведение ритуала потеряло смысл.

Осознание пришло к ним одновременно: чтобы спасти Сонанде от этой твари, нужно убить ее.

Но как убить то, что уже мертво?

Стражи пустили в ход магию и этим только усугубили царящий вокруг хаос. Один из Стражей Сизигии Воды взметнул вверх черную воду озера, и хлынувшая на берег волна чуть не унесла Малика и Карину. Если так пойдет и дальше, то они погибнут не в пасти нежити, а в результате отчаянных попыток Стражей ее победить.

Карина собственной кожей чувствовала каждый обрушивающийся на тварь удар. Возможно, для всех остальных чудовище казалось олицетворением смерти, но ведь оно было ее сестрой. Однако, скорее всего, Ханане и сама захотела бы немедленно умереть, если бы поняла, во что она превратилась.

– Если в чудовище осталось еще хоть что-то от Ханане, – сказала Карина, – я должна попытаться до нее достучаться. Но для этого нужно отвлечь Стражей.

В темных зрачках Малика мелькнул страх, но он кивнул.

– Я этим займусь.

Она потянулась к нему и позволила себе на мгновение полностью раствориться в его объятиях, затем она побежала, быстрее и быстрее, высоко подпрыгнула и поднялась в небо на воздушной волне.

Несмотря на все ужасы, которые Карине пришлось пережить в последний час, ее охватила радость полета. Она поднималась все выше, используя воздушные течения не хуже иной птицы. Вершина горы стала видна ей целиком. Совсем как во сне Малика, – как давно это было, – из-за обряда озеро превратилось в бурлящий котел магической силы. Но царица, душа которой должна была укротить эту магию, еще не была принесена в жертву, и магическая буря усиливалась, втягивая в себя все бо́льшие массы воздуха.