Конечно, это было не так, одернула она себя. Голос идёт из динамиков. А говоривший, похоже, не хочет раскрывать себя: фильтры искажают тембр и тон, звук как из бочки. Трус.

— Кто вы такие? — крикнула Сол в гулкую металлическую пустоту, Её вопрос звонким эхом отразился от голых стен, воздух задрожал, завибрировал. — Что вам нужно?!

— Не так уж и много. Всего лишь спокойствие, — невозмутимо ответил голос. — Спокойствие и порядок. Тот самый порядок, который вы дерзко вознамерились нарушить, а главное, решили почему-то, что вам это сойдёт с рук.

Жестокая реальность вырисовывалась со всей своей беспощадной очевидностью. Но Сол было всё равно.

— Неужели ты думала, что сможешь удрать так просто? — голос холодно рассмеялся. — Глупышка. Мы нарочно отпустили тебя на Вите. Чтобы поймать его.

Сол запоздало поняла, что её обвели вокруг пальца.

— Пытаешься сообразить, как нам это удалось? Нет, на «Тальпе» не было маячков: их легко обнаружить. А вот твой пушистый бессловесный дружок оказался идеальным тайником — ты ведь всегда таскаешь его с собой, не так ли?

Шушпанчик! Сол попыталась вспомнить момент, когда она выпустила талисман из рук. Кажется, да. Там, на Станции Виты она положила его на стол, чтобы подписать бумаги…

— Однако когда обнаружилось, что ты не собираешься искать Альтаира Фортима, нам пришлось в срочном порядке перекраивать наши планы. Увы, командование Умбры принципиально до мозга костей. Тебя они не выдали. Но кое-кто оказался сговорчивее, — вновь негромкий снисходительный смех. — Это было нелегко… Но важен ведь не процесс, а результат, правда? Так или иначе — мы своего добились. Альтаир клюнул на приманку, ловушка захлопнулась, и теперь, наконец, вы в наших руках, вы оба. А главное — ключи от автономных баз мафии. Хватит играть в благородных пиратов. Для вас игры кончены.

До Сол постепенно доходил весь чудовищный смысл сказанного.

— За что вы так ненавидите Йорфс и его жителей? — процедила Сол сквозь зубы. — Не понимаю! Это ведь люди, такие же, как и мы! Что такого чудовищного они совершили?

Голос замолчал на несколько секунд, будто говоривший размышлял, стоит ли отвечать на вопрос, и насколько подробно.

— За миллиарды лет своего существования человечество пережило многое и через многое прошло. — Он говорил медленно, с ощутимым наслаждением, словно читал лекцию любимым студентам. — А любое развитие циклично. Периоды прогресса сменялись периодами стагнации и декаданса, на смену которому вновь приходил прогресс. Но в какой-то момент воинственные настроения в одной из префектур вышли за рамки, а центральные власти не успели взять ситуацию под контроль. Шантаж — дешёвый, грязный и безыскусный приём, недостойный мудрого стратега и хорошего политика, но подкреплённый таким весомым козырем, как ядерное оружие, шантаж способен выйти на совершенно иной уровень. У Единства никогда не было внешних врагов, — нашего врага породили мы сами: своей беспечностью, безалаберностью, мягкотелостью, изнеженностью, своей слепой верой в гуманизм и пацифизм как апофеоз человеческого самосознания. Гражданская война — позор для государственности, а её зачинщиков и сторонников следовало испепелить, выжечь на корню, как раковую опухоль. Однако и здесь идеи гуманизма одержали верх. Несостоявшихся революционеров не уничтожили, как следовало бы, а отправили на одну из планет, ограниченно пригодных для жизни. На RX-11. Да, условия планеты далеки от идеальных и отнюдь не способствуют долголетию, однако даже короткая жизнь в ссылке лучше чем смерть.