Этого высокого неприятного человека он уже видел в обществе Кристофа Вагнера. Тогда Рудольф принял его за врача, но сейчас отчетливо понял, что тот никак не мог спасать человеческие жизни. Он сам не знал, откуда взялось это понимание, и страшно удивился. Ауэрхан, вспомнил он имя. Его звали Ауэрхан.

Пришедший стоял напротив него прямо и неподвижно, заложив обе руки за спину. Он не глазел по сторонам. Взгляд его был направлен Рудольфу точно в лицо.

– Кто вас впустил?

Это прозвучало недружелюбно, ну и пускай. Никому не позволено без разрешения врываться в чужой кабинет.

– Приношу свои искренние извинения. – Голос у незваного гостя был сухой, как будто мертвый. – Я вынужден был явиться без спроса, чтобы сообщить вам важную весть.

В лицо словно плеснули ледяной водой.

– Что-то с Агатой?!

– Боюсь, что так. Только что городские стражники настигли их карету. Ваш товарищ погиб. Соболезную вашей утрате.

Рудольф собирался спросить, откуда Ауэрхану это известно, но вместо этого выдавил:

– Агата жива?

– Пока да. Но очень скоро будет убита третьим ударом дубинки, который придется по голове. Скончается почти сразу, не мучаясь и едва ли успев что-то понять.

Сухой воздух царапал горло. Снизу не доносилось ни звука, словно вся больница внезапно уснула или вымерла. Когда жуткий гость говорил, шевелились только его губы, а лицо и тело сохраняли неподвижность. Он даже не моргал. Рудольф ослабил ворот рубашки и наткнулся на цепочку, на которой болтался подаренный Агатой амулет.

– Я знаю, кто вы такой.

Ауэрхан кивнул:

– Разумеется, господин ам Вальд.

В открытое окно со двора донеслись крики и голоса. Лошадиные копыта захрустели по мелкой гальке, которой была присыпана дорожка к лечебнице.

– Ам Вальд! – Этот новый голос был хриплым и очень низким. – Выходи, иначе я подожгу к чертям твою богадельню со всеми калеками!

– Не стоит беспокоиться, – заверил его Ауэрхан, когда Рудольф подошел к окну. Четверо комиссаров, вооруженных пистолетами и шпагами, толклись у ворот. Одному богу известно, когда монахи успели запереть их на засов. Комиссаров возглавлял здоровяк с красным потным лицом. Не приди он с оружием, Рудольф предложил бы ему обтереться прохладной водой и выпить холодного пива, чтобы остудить кровь. А то так недалеко и до удара.

– Он лжет, – сказал Ауэрхан. – За ваш арест их наградят, а за поджог больницы вздернут на виселице. Поэтому они хотят взять вас живым. У нас есть еще немного времени.

Старший отдал приказ, и остальные трое комиссаров принялись вышибать ворота. Но больницу строили на совесть, и взять ее штурмом было не так-то просто.