– У нас был непростой разговор.

– Он угрожал тебе? Пытался чего-то добиться?

– Мне бы не хотелось делиться подробностями.

Значит, да.

– Но в конце концов мы пришли к соглашению. Тогда-то Ауэрхан и сообщил мне, что с тобой случилось.

Агата нырнула ему под руку, прижалась ухом к груди, вслушиваясь в привычный ровный стук сердца. Завтра они поговорят с Вагнером, примирятся, а потом она уговорит Рудольфа подольше задержаться в Шварцвальде – самом спокойном месте на всей земле. Они вырастят тут своего сына, которого назовут Адрианом…

Она коснулась рубашки мужа и вдруг забеспокоилась:

– Где мой сигил?

Это уже не имело никакого значения. Она сама не понимала, почему вдруг об этом спросила. Рудольф проследил за ее жестом, потер то место, где раньше болталась печать.

– Оставил в Эльвангене.

– Почему?

Отчего ее это беспокоило? Такая мелочь, в самом-то деле…

– Боялся, что меня остановят и обыщут. Не хотел давать им в руки доказательство моей вины.

Рудольф знал, что комиссарам депутации ведьм не нужны никакие доказательства. Считалось, что их может и вовсе не быть. «Злодеяния ведьм не оставляют следов», как говорил Киблер. Поэтому не было никакого смысла прятать сигил. Если тебя схватили, значит, уже признали виновным. С сигилом или без него, с этого мгновения ты обречен.

Агата облизнула губы. Слова застряли между зубами, не желая покидать рот. Казалось, что произнесенное изменит мир вокруг, воплотит ее самый страшный кошмар.

– Ты не Рудольф.

Мгновения текли бесконечно. Она сидела молча. Вот сейчас он рассмеется, прижмет ее к себе, сдержанно и почти целомудренно поцелует в губы…

– Нет, – наконец согласился он. – Но ты не заметишь разницы.

Смех вырвался у нее из горла. Она пыталась его сдержать, но полукашель-полухохот выплескивался наружу, и остановить его было невозможно. «Рудольф» заботливо гладил ее по спине, легонько похлопывая. Тепло и тяжесть его руки были точно такие же, как у того, настоящего. Она хотела высвободиться, но голос в голове шептал: «Еще чуть-чуть. Ты ведь больше никогда этого не почувствуешь…»

Агата выпрямилась и стряхнула его руку.