Эгчен присоединился к нам, когда я привела гостей на подворье. Там и произошел их разговор с Улбахом, а после и наш с последним об охоте. Вожак был неумолим, как и полагалось вожаку, и все мои попытки оттянуть неотвратимое действо до возвращения мужа, чтобы он повел нас с рырхами, успехом не увенчались.

– Ашити, – произнес Эгчен, слушавший наш спор, – никто не знает, что будет. Рырхи должны научиться добывать себе пропитание, если останутся одни. Мы будем рядом, как и хотел каан. Мы их стая, и мы их научим.

– Я поведу, – заупрямился кийрам.

– Веди, – не стал спорить байчи. – Ты повадки рырхов знаешь лучше, покажи, как им надо охотиться, а мы пойдем рядом.

– Хорошо, – согласился вожак.

– Это дурной сон какой-то, – пробормотала я и обреченно вздохнула: – Согласна.

Теперь кийрамы бродили вокруг Иртэгена и других поселений. Они изучали и запоминали местность. Кто-то предпочитал смотреть на них со стороны, а кто-то подходил и заводил разговоры. Тагайни, по своей природе открытые и любопытные, потихоньку привыкали к тем, кого еще недавно с пренебрежением именовали дикарями, а кийрамы привыкали к ним. Споров и ссор не было – все понимали, что сохранить добрые отношения важно. На это племя были устремлены наши надежды, потому что иной помощи ждать было неоткуда. Так что даже злые языки примолкли, если такие еще оставались.

Впрочем, и сами тагайни времени не теряли. Эгчен в свойственной воинам манере пестовал своих рекрутов. Он, как и Танияр, проверил всех на таланты и поделил на группы, перед которыми стояла своя собственная задача. А после взялся учить их исполнять эти задачи слаженно с другими. Кажется, такая подготовка нравилась мужчинам Иртэгена и соседних поселений. А о ребятне даже говорить не приходится.

Вот уж кто наслаждался всем происходящим. Дети успевали побывать на обучении ополчения, а после, копируя взрослых, устраивали собственную муштру. Но и наших союзников не забывали, за кийрамами следовали ватаги любопытных девчонок и мальчишек. И если поначалу матери старались удержать своих чад, то уже на следующий день махнули рукой – кийрамы к детям относились без злости и раздражения. Даже разговаривали с ними и рассказывали свои истории. В общем, если бы не память о том, ради чего всё это было затеяно, можно было бы только радоваться столь стремительному сближению двух народов.

А теперь вот пришло и время первой охоты рырхов.

– Ох, – вздохнула я и поглядела на своих подопечных, не терявших времени даром и снова спавших.

Погладив их по очереди, я прижалась затылком к стене дома и прикрыла глаза. Теплая летняя ночь была наполнена звуками не затихающей жизни. Слабый ветер обдувал кожу, даруя окончательное успокоение растревоженной душе и забвение разуму от снедавших его мыслей и забот. И я даже не заметила, как заснула. Меня уже не мучили кошмары, не терзали дурные предчувствия о грядущих событиях. Пришло отдохновение.