И я созналась:

– Я не звала, просто пришла поглядеть на тебя. Мне было необходимо увидеть, что с тобой всё хорошо.

– Почему? – он внимательно посмотрел на меня. – Тебя что-то тревожит, я вижу. Расскажи.

Я на миг отвернулась, чтобы скрыть болезненную гримасу. Рассказывать о своем кошмаре отчаянно не хотелось, но выход опять был найден.

– Днем Улбах поведет нас с рырхами на охоту. Я совсем не рада тому, что мне предстоит, но мать должна быть рядом со своим выводком, и мне придется смотреть на то, как будут гнать бедное животное.

– Я сам хотел быть с вами в этот день, – нахмурился каан, но не стал оспаривать затею кийрама.

Мы оба понимали, что откладывать не имело смысла. Когда Танияр сможет повести моих рырхов на охоту и сможет ли… о-ох. Об этом думать совсем не хотелось, особенно после…

– Проклятый сон, – буркнула я и спохватилась, но было уже поздно.

– Какой сон? – спросил каан и поддел пальцами мой подбородок, потому что я поспешила отвернуться. – Ашити, ты пришла ночью, потому что тебе было необходимо меня видеть. Тебе приснился плохой сон – это тебя тревожит?

– Тревожит? – усмехнулась я и воскликнула: – Он повергает меня в ужас! – И заставила себя расслабиться. – Кошмар оказался сильней Увтына. Великий Дух сновидений не смог отогнать того видения, что посетило меня этой ночью.

– Расскажи, – мягко попросил Танияр. Я отрицательно покачала головой, и супруг улыбнулся: – Ашити, когда рассказывают плохой сон, его слышит Нушмал, и арзи уносит на своих крыльях. Если же таить и беречь, то сон никуда не денется, он останется с тобой и может сбыться. Расскажи, и ветер развеет ужас.

– Ветер не может оставить меня в беде, – немного рассеянно улыбнулась я и решилась.

Супруг выслушал мой рассказ, даже уточнил, какого цвета была одежда на чужих ягирах и как выглядел Елган из моего сна, после улыбнулся и ответил:

– Это не вещий сон, не бойся. Все волосы Елгана растут на его подбородке, и бороду он заплетает в косу. А его ягиры, чтобы запугать врага равнодушием к смерти, не надевают доспехов.

– Но это же глупо, – изумилась я, а каан усмехнулся:

– Чтобы выжить, им приходится быть быстрей и сильней своих врагов, и потому это лучшие из воинов, которых я знаю. Но, – он улыбнулся и поддел пальцем кончик моего носа, – мы им ничем не уступаем. И защищены. Твой сон был навеян страхом моей смерти, только и всего. Сейчас ты рассказала о нем, и с первыми лучами солнца арзи унесет его. Кошмар исчезнет, а мое обещание вернуться к тебе – нет. Я собираюсь его исполнить, Ашити. И ты помни о своем обещании. Ты еще не забыла о нем?