— Ты ведь знала, что он хочет уйти? — вместо ответа произнесла я, скорее утверждая, чем спрашивая. — Ты не могла не почувствовать. Ведь так?

Теперь промолчала Эмили и, насупившись, снова принялась за мою рану.

— Так?! — настойчиво переспросила я, здоровой рукой схватив её за локоть.

— Ты ничего бы не изменила, — тихо отозвалась женщина. — Он принял решение до того, как пришёл к тебе.

— Я могла бы попытаться! — возразила я. — Почему ты не позволила?!

— Ты ничего бы не изменила, — спокойно повторила Эмили.

— И что! Это не ответ!

— Я не могла допустить, чтобы ты узнала такое перед Битвой! — раздражённо бросила она. — Это могло повлиять на твою способность сражаться! И повлияло! Сейчас!

— Днём раньше, днём позже — какая разница? — удручённо протянула я, успокоившись и отпустив обиду. — Он всё равно меня нашёл, и я всё равно узнала…

— Просто прими факт, что так было нужно, — уже нежно сказала женщина, едва коснувшись моей головы. — Против воли никого удержать нельзя.

— Было нужно, чтобы Свет его потерял?

— Никто из нас не знает, что произойдёт. Возможно, даже Свет и Тьма. Хорошее может привести к полному краху, а плохое — наоборот, к удачной развязке.

«Я знаю, что произойдёт…» — с горечью подумала я.

Почувствовала Эмили мои мысли или нет, но я заметила, как она зажмурилась и спрятала лицо, сделав вид, что интересуется раной.

— Ну, вот и всё! — наконец, наигранно радостно воскликнула она, затянув последний узелок повязки.

— Спасибо.

Я осмотрела плоды её трудов.

Бинты, к которым я привыкла в обычном мире, здесь отсутствовали. Вместо них женщина туго замотала место пореза куском материи такого же серого цвета, как и надетые на нас рубахи, как и ткань палаток, как и всё вокруг. Но в целом получилось аккуратно. Хотя я бы добавила повязку через шею — стоило сделать неловкое движение или опустить руку вниз, в кончиках пальцев сразу начиналась неприятная пульсация. Но просить я ни о чём не стала. Неудобство продлится лишь несколько часов, а потом я вообще забуду, что была ранена.

Эмили слегка кивнула в ответ, и упавший на её лицо блик костра выхватил что-то новое в идеальном и светлом облике. Женщина сидела ко мне вполоборота, но я смогла разглядеть, что её левая щека представляла собой сплошное кровавое месиво. Однако она словно не обращала на это внимания, собирая свои нехитрые приспособления: полоски ткани, таз с водой и губку.

— Ты тоже ранена? — удивилась я, пытаясь рассмотреть половину лица, которую Эмили старательно прятала под волосами.