– Знаю… Я не ожидал их здесь встретить, вот и все. – Подросток не решился признаться, что даже от одного их вида его начинает трясти. А от мысли о том, что кто-то из них заползет под одежду, его начинает тошнить. – Это дурное предзнаменование.

– Чепуха. – Старый Всадник внимательнее присмотрелся к жукам. – В Феорлене они встречались нечасто. Честно говоря, я вообще их вижу редко. Они не любят свет, предпочитают прятаться в темных влажных местах, каковым, я полагаю, и является лес.

– Я ими займусь, – сказал Эш.

Он двинулся вперед, низко опустив голову к земле и вынюхивая насекомых. Но стоило ему подобраться к ним совсем близко, ветраксы, развернувшись, исчезли в подлеске. Дракон тихо зарычал им вслед.

– Напугал их, – радостно сказал он. Победа, казалось, вдохнула в дракона новую энергию.

– Костер заставит их держаться подальше, – сказал Броуд. – Но больше не бросай испорченное мясо на землю. Ветраксам нравится гниющая плоть, и кто знает, кого еще может приманить этот запах.

– Разве они не навлекут на нас Скверну? – спросил Холт.

– Ветраксы не связаны со Скверной. Люди решили, что они действуют вместе, потому что эти жуки приходят полакомиться мертвыми животными. Но я бы не хотел, чтобы они копошились поблизости. Лучше сжечь все мясо, которое успело испортиться.

Вскоре вернулась расстроенная Талия – охапка дров в ее руках выглядела весьма скромно.

– Здесь совершенно нечем дышать. И бо́льшая часть упавших стволов либо мокрые, либо гнилые. На каждом втором дереве следы Хвори.

Только сейчас Холт заметил, что в этой чащобе здоровые растения почти не встречались. Почти все были покрыты зеленой плесенью, а в воздухе стоял зловонный запах – даже не сравнить с тем, что на опушке леса. Ни птичьего щебета, ни шелеста кустов, и ветер не колыхал верхушки деревьев. Мертвое или умирающее место.

А ведь Талия надеялась, что однажды лес можно будет очистить и вернуть к жизни – каково ей было видеть его сейчас. «Когда еще сбудется ее мечта», – подумал Холт.

Настроение Талии еще больше испортилось. И пусть она больше не вымещала свою злость на Холте, не заметить этого было нельзя. Словно и не было того разговора всего-то несколько дней назад, когда они только входили в этот лес.

Но если причиной такого состояния леса была Зеленая Гниль, то, возможно, они с Эшем могли бы что-нибудь сделать?

Безрассудное решение спасти драконье яйцо не могло быть случайным порывом. Холт рискнул не только своей жизнью, но и жизнью своего отца и Эша тоже. Жгучее чувство несправедливости захлестнуло Холта, подтолкнув к безумному выбору. Из его глупости должно было что-то выйти, чтобы его решение в итоге оказалось верным.