Никто не произнес ни слова. И Мико думала, что каждый из них боялся, что Нобу сказал правду о том, что там, в скале, нет ничего, кроме голого камня. Что жизни, отнятые наверху, были отняты напрасно. По крайней мере, этого боялась сама Мико.

Собравшись с духом, она первая ступила на каменные ступени. И первая поднялась на их вершину. Но к тому, что ждало их в пещере, она готова не была.

32 Лепестки сливы на волнах

32

Лепестки сливы на волнах

Храм был полон ёкаев самых разных мастей. Они лежали на циновках, худые и измождённые. В тусклом свете ламп, заполненных светлячками, кожа ёкаев приобретала зелёный оттенок, что придавало им ещё более болезненный вид. Кто-то спал, кто-то просто смотрел в тёмный потолок. В воздухе висели запахи мочи и тлена.

– Кого опять принесло? Будто Хранителя нам было мало, – из глубины храма появилась женщина с бумажным фонарём. Она была низенькая и худенькая, совершенно седая. На голове – маленькие раздвоенные рожки и большие оленьи уши – это была старуха-кадзин, олень-оборотень, которых Мико уже доводилось прежде встречать. Старуха смерила незваных гостей строгим взглядом. – Вы с умирающим?

– С умирающим? – Мико оглянулась на своих спутников, но отчего-то не увидела Райдэна. У Кёко и Шина на лицах застыло скорбное выражение.

– Проклятие Спящих, – пояснила кадзин. – Этот храм – последнее пристанище тех, кого поразил недуг.

Кёко судорожно выдохнула и прикрыла рот ладонью. Только Шин сумел изобразить вежливую улыбку и поклонился. Кадзин, поколебавшись мгновение, поклонилась в ответ.

– Приносим извинения за вторжение. Мы кое-что ищем и хотели бы здесь осмотреться, если вы позволите.

– Хранитель Нобу тоже кое-что искал, – цыкнула кадзин. – Он ушёл ни с чем, и вы уйдёте. Так что не тревожьте попусту тех, кто мечтает о покое.

– Пожалуйста! – поклонилась Мико. – Мы не отнимем много времени и постараемся вести себя тихо. Мы можем заплатить…

– В этих стенах нет ничего, кроме смерти, человеческое дитя, – сказала кадзин. – Обойдите хоть каждый угол. А деньги мёртвым ни к чему.

– Но лично вам они пригодятся, – подала голос Кёко и протянула кошель. – Мы не желаем этому дому зла.

– Кровь на ваших одеждах говорит о другом, – проворчала кадзин, но кошель всё же взяла. – Ведите себя тихо, а то выставлю за порог.

Кёко и Шин направились вглубь храма, а Мико вернулась на улицу.

Райдэн сидел на верхней ступени и, уперев локти в колени, держался за голову.

– Они все?.. – спросил он не оборачиваясь.

Мико присела рядом. Она поняла, кого он увидел в этих умирающих ёкаях.