Дельфина подняла голову:
— Кого?
— Святую Деву. Она пообещала мне жизнь. Чему ты улыбаешься, женщина? Конечно, ты, язычница, не могла Ее видеть.
Дельфина обняла его, и не рассказала про Госпожу Смерть. Великая Мара была раньше мира и раньше богов, мать Каэ, Дэи и Алтимара. У Распятого Бога тоже есть Мать, одна из любимых регинских богинь, — Дельфина слышала, как Марк звал ее в забытье. И богиня явилась ему такой, какой он ее себе представляет. Оказывается, много у великой Мары имен и обличий.
— Ты видела, женщина, как я распорядился Ее милостью: тебя швырнул на ложе, над которым Она склонялась. Господу я плохой раб, я знаю, но не хочу плодить свой грех. Если будет ребенок, обещай не обрекать его на ад.
Вот, значит, как по-регински он судит о том, что ей казалось алтарем и светочем жизни.
— Вашим жрецам, — сказала она, — пришлось бы долго объяснять мне, что плохого мы с тобой сделали. У тебя будет сын, и он будет дитя двух миров, он будет знать о тебе и о твоем Боге. Это все, что я могу пообещать тебе. Твой сын однажды распорядится этим так, как сам пожелает.
“Господин мой Алтимар, я снова здесь — на корабле посреди твоего Моря. Твоя, всегда твоя! Не с кем Морю соперничать, ничего нельзя отнять у Моря — особенно Дельфину. Я еще приду к Обрядам, и каждый, кто коснется меня, будет воплощением твоим. И ни один не будет Марком. Я знаю, что это был твой дар мне: узнать земную любовь и никогда уже не забыть. И пусть причисляет меня к своим грехам и победам, или хвалится мной, или думает, что не вспомнит обо мне — и вспоминает каждый день. И его будут беречь Море и суша, потому что я так хочу. Я, как вода, буду повсюду, и каждая, кто поцелует его, будет моим воплощением. Я услышала то, о чем всегда догадывалась, — нет между богами вражды, нет и различий. Я ношу дитя, зачатое на ложе, что не стало смертным ложем. Его будут звать Марк или Мар на языке Островов — в честь его отца и в честь Мары, великой богини жизни, что лишь другой облик светлой Дэи, и Акрины, и Неры, и доброй богини Побережья, и тебя, Господин Морской, и регинского Распятого. Лишь часть той единственной великой силы, которая над нами”.
“Господин мой Алтимар, я снова здесь — на корабле посреди твоего Моря. Твоя, всегда твоя! Не с кем Морю соперничать, ничего нельзя отнять у Моря — особенно Дельфину. Я еще приду к Обрядам, и каждый, кто коснется меня, будет воплощением твоим. И ни один не будет Марком. Я знаю, что это был твой дар мне: узнать земную любовь и никогда уже не забыть. И пусть причисляет меня к своим грехам и победам, или хвалится мной, или думает, что не вспомнит обо мне — и вспоминает каждый день. И его будут беречь Море и суша, потому что я так хочу. Я, как вода, буду повсюду, и каждая, кто поцелует его, будет