“Так раздели его между всеми!”

Непогода улеглась, лагерь регинцев так никто и не потревожил.

Потом произошло то, чего Дельфина боялась. Шаги за дверью, краткие переговоры стражников с человеком, которого называли Рэном из Ланда. Смешки. Если б Жрица и не расслышала слов, все равно знала бы, зачем он пришел. Каждая женщина внутренне сжалась, каждая заявила, что будет защищаться до последнего:

— Мы ему не регинки сопливые, нас надолго запомнит!

И снова мелькнуло в голове: если Теор рядом, неужели не вмешается? Если этот боров из Ланда ее потащит за волосы, неужели бывший брат будет стоять и смотреть? Но Дельфина понимала, что ее Рэн не выберет, — она ему почти в матери годится.

“Что мы ценим больше силы? Хитрость”. На Острове Леса им внушали, что нет ситуаций безвыходных, Наэв знал это возле утеса. Если б Наэв был здесь, то… понял бы, что регинец, наверняка, потащит свою добычу к приятелям.

— Пещера! — произнесла Дельфина вслух. — Она ведь совсем близко.

Тина первой поняла ее мысль, равнодушно бросила через плечо:

— Сейчас прилив. И Море неспокойно.

Ей, старухе, нечего было бояться. Возможно, она об этом сожалела.

Единственный шанс хорош тем, что выбирать не приходится, и Дельфина уверено продолжала:

— Вода — друг нам, и враг нашим врагам. Пещеры не бойтесь. Ее не проплыть в прилив насквозь, но до платформы добраться можно.

Именно так выжил Теор в своей глупой попытке много лет назад. Да и до него случалось кому-то задержаться в Пещере дольше разумного и пережидать в сухом гроте, пока не успокоится течение. Кроме сына Тины, конечно, не было безумцев, кто бы вляпывался так специально. В глазах тэру зажглись озорные огоньки — хоть одного регинца оставить в дураках!

— Ну, что, шлюхи Островов, теперь вы не так смелы, как говорят?

В ответ завизжали, засмеялись:

— Трус о смелости говорит!