"Боги, их двое", — осознал юноша.

Флавиан не ведал, что они хотели от него, вряд ли доброжелатели стали преследовать его под покровом ночи. Организм требовал остановиться и передохнуть, но северянин продолжил через силу бежать сломя голову к храму.

Боковое зрение в одном из переулков засекло еще один силуэт — это был грузный мужчина с поскрипывающим фонарем в руке, который освещал широкие каменные стены домов. Флавиан ужаснулся, голова взрывалась сотнями мыслей.

"Милостивые Двенадцать, кто они такие? Что им от меня нужно? Почему я?"

Сам того не замечая, он утек рукавом своей котты стекающие по щекам слезы, всхлипывая то ли от усталости, то ли от отчаяния. Весь этот побег из трактира показался ему продолжением сновидения, того кошмара, где был пророчий ворон.

Наступил момент, когда его голова, начал бороться с сердцем. Помутненная побегом разум призывал его остановиться и сберечь сердце, душа же велела не делать этого.

"Ты найдешь спасение в храме" — твердило сердце.

Но превратности судьбы худший враг твоих планов. На пути пастуха в кромешной темноте встретился булыжник, об который он споткнулся. В самый последний момент Флавиан успел перегруппироваться, и с криком упал на правое плечо, пытаясь выставить руки, чтобы смягчить падение. Он чуть было не сломал кисть, но отделался только легкими ушибами и содранной кожей. Юноша захныкал — рок тяготел над ним, надзирая за пастухом словно сторожевая собака, и причиняя всякие проблемы.

"Боги, в чем я провинился?!" — Флавиан поднялся, держась за поцарапанную руку, пальцы левой ноги ныли от тупой боли, пришлось закусить губу, чтобы не закричать от боли.

Он продолжал бежать. Хромая и причитая про себя, проклиная все на свете, Флавиан двинулся к храму, чей купол можно было различить в такой кромешной темени. Ориентир теперь был на виду, приплюснутый купол Путеводного Храма был похож на широкую луковицу, чей стебель едва начал прорезаться.

"Еще немного", — преследователи теперь не волновали его, он сдался, отдавшись в руки неумолимого рока.

Обернувшись, он уже не почувствовал страха, только удивление. За ним шло как минимум шесть силуэтов, медленно, но верно, следя за своей жертвой. Грузный мужчина был единственный кто прихватил с собой фонарь, маленький светильник неуклюже покачивался в его руках из стороны в сторону. Преследователи никуда не торопились, медленно, но верно они настигали Флавиана, хотя до храмовых ворот было рукой подать. Пастух смог бы вздохнуть с облегчением, увидев отворенные врата, но он сейчас был занят сетованием на неумолимую и жестокую судьбу, проклиная тот самый день, когда в Утворт нагрянул тот самый мальчишка с Морского Востока. Тени, преследовавшие северянина были в двадцати шагах от него, Флавиан еле переставлял свою ногу, пытаясь перебороть собственную боль.