Они нырнули в проход и оказались в еще более узком коридоре, который бесконечно тянулся куда-то вглубь, однако, Флавиан ощутил на своей коже дуновение ветра и запаха, чего-то до боли знакомого. Только вот он не мог вспомнить запах какого предмета, позволил ему перенестись в свой родной Утворт, на пять Холмов, и снова вглядываться в вечно голубую поляну для путешествующих облаков.

— Солод, — улыбнулся Флавиан, тут же ощутив на языке приятный чуть горький вкус домашнего пива.

— Тсс, — успокаивала юношу Клоповница, сжав его руку крепкой хваткой.

Чудом ли божественным, по мановению беспощадной и слепой судьбы, или по инстинктам, беспокойно дремлющим в их телах, но путники выбрались на финишную прямую, где их ожидал прохладный ночной воздух. Как раннее говорила Мерьи, комплекс этих катакомб был очень обширным, здесь покоились короли древних эпох, величавые речноземные герцоги вечно охраняли здешние места, пока их не призвал граф Моркул. Один из тоннелей должен был вывести их прямиком за стены города, в ту самую пивоварню, которую Флавиан приметил еще до того, как они с Галарием попали в Рэвенфилд.

Судя по терпкому и душистому запаху хмеля, до пивоварни было недалеко. Это обнадеживало, к тому же во рту у Флавиана пересохло, он уже давно ничего не брал в рот. Толи Клоповнице передался его настрой, толи Мерьи и без него поняла, что их путь близится к завершению, но ее шаги стали более уверенными.

Однако, боги могут насылать костры даже тогда, когда костер, над искрой которого корпели несколько часов, едва начал полыхать.

— Замри, — произнесла Мерьи и Флавиан ощутил на своей руке, до чего крепкой была хватка у этой женщины.

Они вновь прислонились к стене и теперь молча слушали, как в том месте, куда они двигались, раздается жуткое кряхтенье и странные гортанные звуки. Там было несколько восставших, и судя по всему, их там было не мало.

— Треклятье, — выругалась Мерьи и даже в темноте, юноша смог понять, что женщина смотрела на него.

Он чувствовал, как пряди ее волос спадают ему на плечи, невинно и по-детски щекотав его. На своей щеке, пастух чувствовал крепкое теплое дыхание Клоповницы.

— Они заблокировали выход, — едва слышимым шепотом промолвила Мерьи.

Она разжала свою руку на кисти мальчика и взялась обеими своими руками за меч, который они нашли в катакомбах. Флавиан понимал, что без боя им не вырваться на волю, однако его коленки предательски тряслись и более всего он сейчас боялся встретиться лицом к лицу с этими тварями, полусгнившими, с желто-черными зубами и с обвисшими на скелете лоскутами кожи, эти твари, что некогда были могучими властелинами этих земель. Юноша сам не понимал, как, но Мерьи вычислила страх мальчика и предложила более разумную альтернативу.