Флавиан до сих пор не понимал, на что реагируют восставшие мертвецы. На звук? Если так, то стоило бы вести себя предельно тихо. Загодя, они с Мерьи сняли свою обувь, чтобы не издавать лишнего звука, пусть это и приносило им существенный дискомфорт. Земля была холодной, кое-где под ногами подпалась мелкая острая галька и теперь ноги Флавиана кровоточили сильнее, нежели женщина при регулах.

Может быть они их чуяли? Навряд ли. Сейчас от них обоих воняло крепким терпким потом, который можно было учуять и за десяток стадий, тут не нужно быть стервятником или волком.

Возможно, что восставшие их видели. В этом случае, Мерьи оказалась бы права, сказав, что им следует держаться в тени и передвигаться скрытно, не поджигая при этом факелов.

Но все это осложнялось тем, что без света, они не знали, куда им идти. Тоннели были практически одинаковыми, и пастух не видел в них никакой разницы. Кажется, они уже семь раз свернули налево, два раза прошли прямо и восемь раз свернули направо. Они то поднимались, преодолевая подъем, то быстрым шагом перебегали через спуск. Теперь они и вовсе потерялись в этом темном катакомбном лабиринте.

Сейчас они выжидали. Мимо одной из развилок они заметили ковыляющий силуэт, тошно и противно хрипящий своими иссохшими связками. Восставший двигался неуклюже, сначала выставляя вперед свой костлявый корпус, а затем неловким и совершенно чуждым для человека движением двигая вперед правую ногу. Флавиан затаил дыхание и не шевелился. Он понимал, что сейчас стоило уповать только лишь на богов, однако, он знал их скверный и переменчивый характер, знал, что не стоит вручать в их всемогущие руки свою хрупкую, как едва промерзший на речке лед, жизнь, которой он так дорожил.

Пастух насчитал десять однообразных движений восставшего — десять шагов левой ногой и десять характерным звуков волочащейся ноги. После этого, Мерьи потянула его за руку, и они на цыпочках добрались до развилки, где еще несколько мгновений назад хромал восставший.

"Восставший".

У Флавиана не хватило духа и веры назвать оживших мертвецов — зомби. В который раз, россказни из басен и страшилок на ночь, оказались правдой. Еще будучи совсем мелюзгой, детвора Утворта собиралась по ночам у одного большого костра чуть поодаль от поселения. Когда сгущались над поляной сумерки, не редко, они начинали рассказывать друг другу страшные истории. Уже в те года, Флавиан был намного образованнее каждого из своих сверстников и понимал, что зомби не существуют.

"А если они когда-нибудь и были, то это время уже давно прошло", — так раньше думал Флавиан.