– Рома, – дрожащим голосом проговорила Джульетта, – отойди в сторону.
– Нет! – крикнул Венедикт. – Джульетта, перестань!
Джульетта повернулась к нему, сжав кулаки.
– Ты же слышал, что сказала Розалинда, – прошипела она. Хотя эти слова предназначались только для Венедикта, было ясно, что ее слышат все присутствующие. – И знаешь, что должно начаться. Сколько собраний коммунистов пришлось посетить Маршаллу по приказу господина Монтекова? Сколько раз его видели там? Не значится ли его имя в расстрельном списке? А это способ спасти его от смерти.
Венедикт потянулся за своим пистолетом, но Джульетта выбила оружие из его руки и стиснула его запястье. Больше он не пытался – он знал, что ему не победить. На его лице читалось только одна эмоция – горькое разочарование.
– Это для его безопасности? – хрипло проговорил он. – Или для безопасности Ромы?
Джульетта с усилием сглотнула и отпустила запястье Венедикта.
– Рома, – проговорила она не в силах перевести на него взгляд. – Пожалуйста, отойди.
Солдаты закинули свои винтовки на плечи и застучали подошвами сапог по мостовой. Рома отошел в сторону.
Венедикт не сводил глаз с Джульетты, как будто не осмеливался отвести взгляд, не осмеливался посмотреть, как Маршалла уводят прочь. Джульетта продолжала смотреть ему в глаза.
– Он будет в безопасности, – сказала она. Солдаты отходили все дальше.
– В клетке, – сквозь зубы ответил Венедикт. – Ты отправила его в тюрьму.
Джульетта не собиралась терпеть подобных выговоров. Можно подумать, у нее был выбор.
– Ты что, предпочел бы, чтобы твой двоюродный брат погиб?
Наконец Венедикт отвернулся. Каким-то чудесным образом улица осталась безлюдной, и теперь здесь были только они трое. Рома стоял на тротуаре, опустив руки и будто не зная, что ему делать дальше.
– Нет, – бесцветным голосом произнес Венедикт. И двинулся в сторону центра города. Затем, пройдя всего три шага, остановился и бросил через плечо: – Как бы мне хотелось, чтобы вы двое не сжигали за собой мир всякий раз, когда выбираете друг друга.
Глава тридцать семь
Глава тридцать семь
Джульетта не любила подслушивать, но у нее не было другого выхода. Со своими каблуками и западными платьями ей было нелегко подбираться к дверям незаметно, более того, она почти ожидала, что кто-то спросит, что она делает в саду или зачем высунулась из окна гостевой спальни так близко от окна кабинета своего отца.
– …