Алые скривились, одни больше, другие меньше.

– Ладно, тогда иди, – сказал еще кто-то из них. И не успел Венедикт даже сдвинуться с места, как они направились в противоположную сторону, бормоча что-то о господине Цае.

Венедикт выдохнул и побежал дальше с бешено колотящимся сердцем. Это был риск, ведь, возможно, господин Цай публично не объявил, что устроила Джульетта. Похоже, на сей раз фортуна была на его стороне.

Наконец впереди показалась цель, к которой он спешил. Высокие ворота из кованого железа, выкрашенные в черный цвет. Кажется, их никто не охранял, и на территории тоже никого не было. Слышен был только далекий вой сирен – да еще свист ветра, бросающего его волосы на глаза.

Венедикт достал пистолет и осторожно прошел через ворота. Кусты шумно трещали, когда он наступал на них ботинками. Ему надо было подняться по пологому склону невысокого пригорка, где деревья с низко нависающими ветвями росли гуще. В этой части Французского квартала дома стояли далеко друг от друга, и рядом с каждым был сад и извилистая подъездная дорога. Одни были окружены оградами, чтобы никто не смог заглянуть внутрь, на цветники и кустарники вокруг других можно было любоваться свободно. Венедикт нашел бугорок и, встав на него, схватился за верх следующих ворот, подтянулся и увидел внутри еще один забор.

– Это дом или расположение воинской части? – пробормотал он. Кажется, между оградами ни было никакого движения. Крякнув, Венедикт перекинул ноги через первую стену и соскочил на землю. Его лодыжку пронзила боль.

Пожалуйста, только не растяжение. Только не растяжение.

Он сделал шаг вперед. Боль усилилась.

Черт побери.

Подковыляв ко второй ограде, он уперся в сетку-рабицу ногой и перелез через острый проволочный верх. Пусть он порвал отворот на брюках, пусть он сильно оцарапал предплечье и теперь оставлял на траве кровавый след – все это было неважно. Ему нельзя было замедлять шаг, ведь теперь, когда он торопливо обходил сад, его в любую минуту могли заметить.

Показался дом – огромная парадная дверь, справа и слева от нее по крылу, балконы второго этажа нависают над гаражами первого. Судя по количеству припаркованных перед домом блестящих черных автомобилей, внутри полно гостей.

Венедикт остановился, прикидывая, что ему делать дальше. Ему казалось, что он слышит доносящийся из дома гул голосов – значит, там, возможно, проходит какое-то мероприятие. Он не мог уложить это в голове. Ведь Гоминьдан только что развязал в городе бойню. Как же все эти люди могут как ни в чем не бывало собираться вместе и делать свои дела, когда их солдаты убивают людей?