— Ты скоро уедешь?.. — продолжая тихо плакать, спросил отец.

— Я останусь здесь настолько, насколько это будет возможно, — пообещал Шервард без тени сомнения. — Враноок готовит поход не раньше следующего лета, и до тех пор я останусь с вами. Я теперь — не последний человек. Как только буря закончится — съездим с Троббом в Реввиал, привезём всего, что только нужно! Летом свадьбу сыграем, или по осени. Ты только держись, отец!

Они просидели так ещё долго. Всё это время остальные домочадцы продолжали работать в глиняном сарае, лепя новые мазанки на продажу. Никто из них так и не зашёл домой даже чтобы просто попить воды. Через какое-то время старик попросил сосуд, чтобы отлить, и Шервард помог ему. Ему было грустно оттого, что расставание с Динди, по всей видимости, сильно затянется, но делать было нечего. Уехать он действительно не мог. Сейчас он был нужен здесь.

Глава 40. Братья

Глава 40. Братья

Прошло всего два дня, и Шервард вполне обвыкся на новом, а точнее — на старом месте. Нет, у него не возникало ощущения, будто бы он никуда и не уезжал, но возвращение в прежнюю жизнь было подобно тому, как ложишься на свою лежанку, где каждая впадинка, каждый горбик старого тюфяка хорошо помнят твою форму. Ложишься, словно обратно в утробу матери, так, будто был тут всегда. Так и у Шерварда — он, разумеется, хорошо помнил Тавер и уже тосковал по нему, но здешняя жизнь уже понемногу обволакивала его своими тенётами, незаметно, но настойчиво «приземляя» и «укореняя» словно бы не только в пространстве, но и во времени, которое здесь, в Скьёвальде, как будто стояло на месте.

Однако же, на самом деле это было далеко не так. В этом мутном и неподвижном пруду были свои бьющие ключами родники, не дававшие воде окончательно превратиться в стоячее затхлое болото. Три важнейших изменения произошли здесь с тех пор, как он покинул родину в прошлый раз.

Во-первых, конечно, болезнь отца. Она здорово пришибла всех, как будто на их избушку рухнула вековая сосна. Шерварду было тяжко приноравливаться к тому, что вечно хлопотливый Стокьян сын-Герида, ни минуты не сидевший без дела, теперь беспомощно лежит днями в своём углу, распространяя зловоние на весь дом.

Второе изменение было не в пример лучше. Его любимая младшая сестрёнка не просто нашла себе жениха, а нашла себе дружинника. Вряд ли ещё пару лет назад она могла бы даже помыслить об этом. В деревеньках вроде Скьёвальда с женихами обычно бывало небогато, а те что есть — такие же простые рыбаки или охотники как они с Троббом. И Шерварду было особенно приятно от осознания того, что именно он, пусть и косвенно, немало поспособствовал счастью Генейры тем, что был принят в дружину Желтопуза.