– Хорошо, честный ответ заключается в том, что вкус у него очень странный, но мне все равно. Потому что это рецепт твоей мамы, и если ты считаешь, что он полезен, я буду пить его хоть каждый день.

Она ухмыльнулась:

– Мое единственное условие – ты должен сам меня кормить.

Улыбка озарила его лицо, и у нее возникло внезапное желание дотронуться до его губ кончиками пальцев. Он был так красив, что это причиняло боль.

– У меня есть более полезные рецепты, – нетерпеливо сказал он. – На самом деле, у меня их целая записная книжка. Многие из них – мои собственные изобретения. Но я не знаю, будут ли они вкусными.

Она махнула рукой:

– Иди на кухню и потребуй все, что тебе нужно. Скажи им, что у тебя есть королевское разрешение. Я готова быть объектом всех твоих кулинарных экспериментов.

Если это и правда делает его счастливым, она готова есть все, что бы он ни приготовил.

Он серьезно отнесся к ее словам. В тот вечер он пришел в ее комнату с бледно-желтой жидкостью, которая была то ли супом, то ли тушеным мясом. Внутри плавали подозрительные комочки неопознанного овоща. Но он был так взволнован своим приготовлением, так предвкушал ее реакцию, что у нее не хватило духу признаться ему, что на вкус это напоминало тыкву, которую пропустили через больную корову. По правде говоря, когда он ее кормил, она переставала ощущать вкус самого блюда. Его руки обладали собственной магией, которая превращала самое ужасное лекарство в милосердно безвкусную кашицу.

С тех пор он каждый день готовил для нее новые блюда, наполненные целебными травами, горькими кореньями, неизвестными овощами и странными грибами. Настал день, когда с ее груди сняли повязку, и она больше не могла притворяться больной. Возможно, его стряпня и правда имела какое-то отношение к ее быстрому выздоровлению. Похоже, сам он именно так и думал. Ее облегчение от выздоровления было омрачено удручающей мыслью о том, что он скоро уедет. Дакш пообещал остаться лишь до тех пор, пока она не поправится.

На рассвете следующего дня он, как и обещал, проводил ее к реке Кен. Когда он увидел ножны в ее руке, то удивленно поднял глаза.

– Мечи?

Она любовно погладила ножны. Ей удалось найти в оружейной комнате и свой меч, и меч Айана.

– Мы, должно быть, уже тысячу раз на них дрались. Это парные мечи, и они составят друг другу компанию. К тому же теперь у меня есть свой собственный бронзовый меч. Почти такой же, как у тебя и твоего брата.

Он улыбнулся:

– Конечно.

В это раннее утро на берегу реки никого не было. Катьяни была этому рада. Она вытащила мечи из ножен и положила их на землю. Дакш побрызгал на них каплями воды и начал последние обряды. Она стояла рядом с ним, слушая и вспоминая об Айане. Солнце поднялось высоко в небо, отбрасывая свой красно-золотой свет на лезвия. Катьяни вспомнила все те времена, когда они играли и тренировались вместе, и все мечты, которыми он делился с ней. Мечты, которые она теперь должна была бы помочь осуществить Реве.